Шутки про младший - Свежие анекдоты

Результатов: 533

101

Велосипеды, мальчишки, мужики… и трогательное …

В пятницу после работы подхожу к дому – у моего подъезда мальчишки лет десяти-двенадцати с велосипедами. Один из пацанов держит в руках руль – гайка прослабла на болту, и руль тупо вынулся из передней вилки.

И сразу вспомнилось своё детство – как в таких случаях сразу из подрамной сумки доставали «семейный» ключ, вставляли руль на место, выравнивали его, и затягивали болт…

А если случалась какая-то заминка, от доминошного стола поднимался и подходил кто-то из чужих дядек, и сразу становился не чужим, и наставительно критиковал нашу неумелость, и учил и помогал – как сделать правильно и надежно.

(Только гайки на советских велосипедах были не скошенные, как на этом, который в пятницу, а конусные. Но это для зануд примечание, и не важно. Я и сам зануда.)

И вот в этот пятничный вечер подхожу к пацану, держащему в руках руль, а я-то уже не пацан, а тот самый доминошный дядька, и велосипед далеко не наш советский, поэтому головка болта не под гаечный ключ, а с выточкой под шестигранник, и подрамной сумки с инструментом на этих велосипедах не может быть… И смешение чувств какое-то. что уже не пойму, я – тот доминошный мужик? Или я - вот этот пацан возле велосипеда.

Взял в руки руль (паренёк протянул мне его с радостью и надеждой), осмотрел головку болта, говорю:
- Погоди… Зайду домой за чемоданом с инструментом – закрепим. Жди! И я почему-то уверен, что ты меня дождешься…
Я не улыбнулся. А пацан улыбнулся вполне радостно.

Через несколько минут вынес «дипломат», хотя хватило бы и одного набора шестигранников. Поставил и затянул крепеж руля, сопровождая каждое своё действие пояснениями для мальчишек. Я не знал – что они знают, и чего не знают. Поэтому, - пусть лучше лишний раз услышат знакомое...
Пацан сделал кружок перед моим подъездом, помахал рукой, крикнул «спасибо». И его друзья крикнули «спасибо», уехали.

Ерунда случай. А я – весь в белом дАртаньян – расхвастался!

После ужина вышел в магазин – перед моим подъездом другой уже паренёк поставил перевернутый велосипед на седло и руль, и ставит на место соскочившую цепь.
Стою, смотрю – как у него получается.

Велосипед более старый, хотя уже и не наш советский – несколько скоростей и ручной тормоз на заднее колесо.

Пацан достаточной уверенно качает это заднее колесо в вилке, и убеждается, что гайки оси прослабли.

Подхожу, говорю:
- Парень! Ты не поверишь, - пару часов назад пришел с работы, и на этом самом месте ремонтировал велосипед другим пацанам. Сейчас поднимусь домой за чемоданом с инструментом, и тебе тоже помогу.

Мальчишка спрашивает:
- А у них тоже цепь соскочила?
- Нет. У них руль вылетел. Жди. И я почему-то уверен, что ты не уедешь.
Он улыбнулся, а я зашел в подъезд.

С его велосипедом пришлось повозиться подольше. Потому что гайки оси заднего колеса были деформированы задолго до меня, и рожковый ключ их не цеплял. Но в моём дежурном чемодане найдутся железки на любой случай. Трубному ключу гайки подчинились.

Пока ковырялся, - подъехал тоже на велосипеде младший брат этого мальчишки. Одному – 8, другому – 12. Как выяснилось, - у них есть и 14-летний старший брат, и годовалый младший. А велосипед этот кто-то из знакомых хотел сдать в чермет, но вместо этого отдал им.

Говорю:
- Мама-то, наверное, дочку хотела?
Отвечают:
- Нет! Дочку хотел папа…

Наконец – цепь натянута и не перетянута, колесо не цепляет раму и тормозные колодки, парень сделал пробный круг, вернулся ко мне и сказал:
- Вы помогаете людям, и это остается в душе. Спасибо вам!

Они уехали, а я им вслед моргал, - что-то в душе осталось...

103

Как я воровскую честь нарушил Снова хотел бы рассказать историю из практики, в которой коснусь культуры АУЕ, распространённой у подростков. Вы могли слышать эту аббревиатуру, она означает чаще всего арестантско- уркаганское единство. Подростков культура привлекает неким, как им кажется, кодексом чести, братства. Этого детишкам очень не хватает сегодня. Известно, что свято место пусто не бывает. Не стало у нас пионерии, и вот пришла на её место эта погань. В общем, было это в 2011-м году. У нас на Кузьминках пошёл натуральный вал подростковой преступности. Вроде как мелочь - тут из ларька что-то стащут, там паренька остановят да карманы почистят. Искать преступников было сложно. Известно, что подростки, да и всё. Ведь как раскрывается большинство преступлений: простые граждане их не совершают, ищешь в первую очередь в уголовной среде, дёргаешь одного, другого, пока, наконец, не выйдешь на настоящего жулика. А тут как искать? Походили по школам в Ленинском районе, заглянули в училища и техникумы, поговорили с ребятами, но нигде и ничего. И вдруг они попались - была совершена крупная кража со склада лакокрасочных изделий одной нашей местной сети магазинов типа "всё для ремонта". Стащили несколько ящиков краски в баллончиках, три или четыре электродрели, какие-то ещё приборы - на общую сумму в сто семьдесят тысяч рублей. Подняли видеозаписи и на ней - трое ребят. Кто-то по футболке опознал сына замначальника склада. Выяснилось - мальчишка 14 лет, школьник. Вызвали в полицию с родителями, допрашиваем, а тот молчит как партизан в гестапо. Всё-таки, наконец, установили его друзей- подельников и один из трёх проболтался - мол, мы все - за культуру АУЕ. Оказалось, ребятки организовались наподобие банды - общак у них там был, в который карманные деньги носили, клялись друг другу в том, что братья навеки, и проч. Туда входило в целом ребят 25 из старших классов их школы. Дело поручили мне, так как когда-то я заведовал некоторое время детской комнатой милиции и считалось, что вроде как с подростками более-менее находил общий язык. Я принялся за работу. Взял личные дела, классные журналы. Читаю - и изумляюсь. Да какого чёрта! Все эти страшные преступники, грабившие на улице, из хороших семей. У одного мать - учительница географии, у другого отец инженер, серьёзный человек, мать бухгалтер на заводе. Все учатся хорошо, не двоечники. Совсем как-то эта история мне шаблон порвала. Пригорюнился я, сижу каждый вечер, думаю, как так вышло, что порядочные ребята из нормальных семей вдруг пошли по этой скользкой дорожке. Ведь подросток сам не знает, в каком уязвимом положении находится. Особенно опасен воровской мир для ребят из благополучных семей, что не успели хлебнуть лиха. Ему же кажется, что как родители его любят и прощают, так и все будут прощать. Ну ладно, в тот раз побегал я по потерпевшим, уговорил забрать заявление. А в другой раз не такие будут сговорчивые люди, и улетит паренёк сначала на малолетку, а оттуда белым лебедем на взрослую зону. И пошла судьба под откос. Вместо университета - подвальные посиделки, дай Бог не с иглой, вместо нормальной, честной жизни - воровская малина, вместо семьи - подзаборная пьянь-давалка и сифилис в 18 лет... И вот сижу как-то, перебираю дела, и одна из фамилий, Глотково, как сейчас помню, мне знакомой показалась. Откуда, думаю, помню... Звоню в угрозыск городской и приятель, Толик Литвиненко, сообщает, что есть такой вот вор- рецидивист, отсидел в общей сложности 12 лет, сейчас на свободе по УДО. Звоню в уголовно-исполнительную, где он отмечаться должен. Подняли инфу и - бинго! Есть у него братик, именно в школе учится. Тут-то я и понял, откуда вся мерзкая зараза на детей пошла. Съездил я за делом этого товарища - мразь-мразью - попытки изнасилования, кражи, угрозы, грабежи, эпизоды один на другом сидят и третьим погоняют. Решил версию проверить, пошёл по школьникам тем самым - якобы, доп. показания собрать. Взял из финотдела девушку, Машу, симпатичную такую, думаю, может, рожа моя пугает детей, а с девушкой они расслабятся как-то. К первому зашёл школьнику, Ваня звали. Милый такой мальчик, вся комната, помню, корабликами уставлена разными самодельными, вместо люстры даже штурвал морской. В общем, бредит, видимо, морем парень. И отец у него, к слову, моряк. Как потащило его в уголовку - ума не приложу. К делу подступил аккуратно - начал с Жюля Верна и Саббатини, и интересно с ним пообщались, но как упомянул Глотково- старшего, он словно воды в рот набрал. Опять эта партизанская тактика, опять глаза отводит. Ясно, что попал я в точку, да разговорить никак не получается. Пошёл к другому, третьему, и всё одно и то же. И вот тогда-то я шагнул конём. Явился в школу, договорился с завучем. Детишек трёх старших классов с занятий сняли и собрали в просторном кабинете ОБЖ. Выбрал его с замыслом - там у них был проектор. Зашёл в класс с ноутбуком подмышкой и смотрю на ребят. Класс-то просторный, да школьников - человек восемьдесят было, наверное, и теснятся - втроём за партой сидят, стенки подпирают, кто-то в проходах даже стоит. И только на второй от меня парте свободно - сидят двое всего мальчишек, а вокруг них, как вокруг гриппозного в троллейбусе в час пик - пустота. Одного узнал сразу - Саня Глотково, видимо, их бригадир и главный авторитет. Сидит, ухмыляется криво - не дать ни взять - Лёнька Пантелеев, только цыгарки в зубах да кепки набекрень не хватает. Я поздоровался, рассказал в общих чертах о культуре АУЕ, чем она плоха, что бывает, если человек следует воровским принципам в обычной жизни, и так далее. Смотрят, конечно, высокомерно - мент поганый и не то бы им затирал. В некоторых пределах для устранения неопределённости оказывается эффективной замена функции(й) степенными рядами. Тут подключаю я ноут к их проектору и достаю из портфеля дело этого Глотково. Начал читать по эпизодам, и вижу, как все напряглись. Что там было? Избил женщину, отобрал сумку, избил 82-летнего старика. Ходил по квартирам, менял старичкам деньги на билеты "прикольного банка" (поищите в интернете, известная была афёра в те годы). Девушку зажал, в подъезде, угрожая ножом, надругался. Поначалу народ презрительно хмыкал да отворачивался. Чувствуется, что мразь уголовная к ним хорошо так дорожку протоптала. Особенно новоявленный Лёнька Пантелеев хмыкает, да шуточки отпускает. Причём, как отпускает - сидит на первой парте, не оборачиваясь, говорит вполголоса, но видно, что ловят каждое его слово. И вдруг первая полетела ласточка: рассказал про то, как Глотково мобильные телефоны тырил из карманов граждан, и одна девчонка довольно громко так говорит: а у меня тоже как-то телефон украли. Я сразу к ней: расскажи, как было? Она неуверенно рассказала - так и так, пошла купаться с подругой, телефон на пляже оставила, а там сидели рядом ребята, молдаване, и стащили у меня. - Мать, наверное, ругала, - спрашиваю. - Ругала, - говорит девчонка. И тут же на Глотково-младшего глянула. Первый за всё время недобрый взгляд! Тот попытался гыгыканьем сбавить. - Не потеряла, говорит, а про***ла! Смех раздался, но какой-то уже не такой уверенный. Я по остальным эпизодам пошагал - кражи мелкие и крупные, побои, попытки изнасилований. И каждый раз ребята спрашиваю: случалось такое у вас? Сначала неувереннее, потом чаще, чаще, стали вспоминать. У кого из раздевалки на стадионе куртку стащили, у кого у отца часы сняли в подворотне, у кого машину угнали... Про изнасилования девчонки, конечно, не рассказывали, но и тут я заметил, что одна-другая потупилась, видимо, припомнив что-то. Глотково всё пытается отшучиваться, но атмосфера явно вокруг него сгущается. В какой-то момент, когда рассказывал как раз о том, как старух его братюня любимый обирал, всучая билеты банка приколов наивным пенсионеркам, он обронил высокомерно: "Лохи, чо". И вдруг с задней парты юношеский такой, но довольно уверенный басок: "Да ты не дерзи". И тут же шум, упрёки, перекрикивания. Новоявленный Лёнька Пантелеев уж голову в плечи вжал, смотрю, пацану рядом с ним, видимо, консильери его, совсем неуютно - ёрзает на стуле, некуда деться. - Вам некомфортно? - обращаюсь к нему. - Пересядьте, если неудобно! Тот как рак покраснел, отмахнулся рукой, но всё же не ушёл. Ну а затем была кульминация, для которой я ноутбук-то и приносил. На камеру в своё время попало избиение старика 82- летнего, возле универсама "Перекрёсток". Эпизод в деле сохранился, я детям включил. Сцена жуткая, конечно - дылда огромный толкает бедолагу в грудь, а тот держится хиленькими ручонками за авосечку свою. Детина валит пенсионера на землю и - ногами, ногами, по лицу, в живот. Отобрал, заглянул в авоську, увидел, что нет ценного и ногами её потоптал. Зачитываю затем список украденного и уничтоженного: кошелёк с 2500 рублями, два пакета кефира, десяток яиц, макароны. Комментирую: кефир такой-то, яички самые дешёвые, с распродажи старичок себя порадовать хотел. А старик был необычный - он некогда был сыном полка. Сиротой в начале войны остался, пошёл в армию и дошёл до Берлина с полком. Оказалось, кстати, много таких ребятишек было в своё время, у нас даже целое имелось городское объединение сыновей полка. - Катаева, - спрашиваю, - читали? - вот такой был дедушка. Ну тут уж совсем буря, а я на пике говорю: думаете, этот гад, остальные герои? 90 процентов жуликов выбирают слабых жертв. Ну и почесал, что типичная история - это когда как раз громила у слабой девушки отбирает сумочку, и т. д., не помню уже подробностей. Не буду хвастаться и говорить, что прям вот всех я на путь истинный тогда наставил - для этого одного разговора мало, да и времена у нас сейчас такие, что моральных авторитетов нет, не на кого равняться. Вот разоблачишь ты перед подростком вора, а надо другого же предложить кумира, иначе-то как? А кто этот, новый кумир? Только герои прошлого, а ныне нет таких замечательных людей на слуху во всяком случае. Но АУЕ- тусовка в той школе действительно распалась и потом уже не успела собраться. Не было с тех пор и подростковых краж. Вот младший только Глотово пропал, к сожалению, пошёл, как подрос, по братиной дорожке, да и сгинул - на стрёме где-то стоял во время того, как подельники коммерсанта убивали, и пошёл со всеми, десятку, кажется, получил...

104

Премия Стеллы (англ. The TRUE Stella Awards) — антипремия, присуждавшаяся в 2002—2007 гг. за самый нелепый судебный иск в США.

Названа она в честь 79-летней Стеллы Либек, которая в 1992 году, находясь в качестве пассажира в стоящем на месте автомобиле своего внука,
пролила на себя горячий кофе из одного из ресторанов «Макдоналдс», после чего получила ожоги третьей степени 6% кожного покрова.
Либек пыталась договориться с «Макдоналдсом» о компенсации затрат на лечение в $20 000, максимальным ответным предложением «Макдоналдса»
были $800. После этого Либек подала в суд. 18 августа 1994 года присяжные вынесли вердикт о разделении вины в пропорции
80 % за «Макдоналдсом» и 20 % за Либек, назначив $160 000 компенсации за лечение и дополнительную штрафную компенсацию
(обычно присуждается за намеренный вред либо безрассудное пренебрежение опасностью для жизни и здоровья) в размере 2,7 миллиона долларов.
Судья снизил сумму дополнительной компенсации до $480 000.

Победители
2002. Сёстры Берд — Дженис, Дэйл и Ким — за иск о причинении им эмоционального расстройства из-за того, что они были вынуждены
находиться рядом с их матерью, привезённой в больницу для прохождения незначительной медицинской процедуры, во время срочной операции,
когда что-то пошло не так. Сёстры не заявляли о причинении страдания матери, но добивались компенсации за причинение страдания им
при реализации права больного на присутствие членов семьи в чрезвычайных ситуациях.

2003. город Мадера и Марси Норьега — за иск к компании-производителю электрошокеров за то, что Марси Норьега, будучи сотрудником полиции,
при задержании преступника перепутала электрошокер с пистолетом и вместо электрического разряда пустила в грудь мужчине пулю, убив того мгновенно.
Марси утверждала, что «любой разумный сотрудник полиции» мог ошибиться так же, как и она.

2004. Мэри Убауди — за иск к компании «Мазда Моторс» на 150 тысяч долларов за то, что компания не укомплектовала автомобиль инструкцией
по применению ремня безопасности, что привело к аварии.

2005. Кристофер Роллер — за иск к иллюзионистам Дэвиду Блейну и Дэвиду Копперфильду. Истец, считающий себя Богом, обвинил иллюзионистов в том,
что в своих фокусах они игнорируют законы физики, а значит, используют божественную силу; следовательно — нарушают его авторские права.

2006. Аллен Рэй Хеккард — за иск к Майклу Джордану и компании «Найк». Несмотря на то, что Хеккард на 3 дюйма ниже, на 25 фунтов легче и на 8 лет старше
известного баскетболиста, он говорит, что его часто путают с Джорданом. И поэтому он заслуживает 52 миллиона долларов «за клевету и постоянные травмы»
и 364 миллиона «для возмещения эмоциональной боли и страданий». Такой же иск был выдвинут против основателя Nike Фила Найта и общая сумма составила
832 миллиона долларов. Он отказался от иска после переговоров с юристами Nike, которые пригрозили выдвинуть ответный иск.

2007. Рой Л. Персон-младший — судья из Вашингтона — подал иск на владельцев химчистки за то, что там потерялись его штаны.
Свои штаны судья Персон оценил более чем в 65 миллионов долларов. Верховный суд отклонил иск Персона и обязал возместить убытки владельцам химчистки.
Однако Персон, который уже не работает судьёй, всё ещё пытается обжаловать решение.

105

А и случилося сиё во времена стародревние, былинные. Короче, при коммуняках это было. Вот даты точной не назову, подзабыл, тут одно из двух, либо 1 мая, либо 7 ноября. Молодому поколению эти даты вряд ли что скажут, их если и спросишь, ответят что-нибудь вроде: «А, это когда Ким Кардашьян замуж вышла» или «А, это когда Путин свой первый стакан самогона выпил.» Были же это два наиглавнейших праздника в СССР, главнее не имелось, не то что какой-нибудь занюханный Новый Год или, не к столу будь сказано, Пасха. И коли праздник – полагается праздновать. Ликовать полагается! Причём не у себя дома, в закутке тихом, но прилюдно и громогласно, на главной площади города. Называлось действо демонстрацией.

Подлетает к моему столу Витька. Вообще-то он именовался Виктуарий Апполинарьевич, в лицо его так нередко и именовали, но за спиной только «Витька». Иногда добавлялось определение: «Витька-балбес». Кандидат в члены КПСС, член бюро профкома, член штаба Народной дружины. Не человек, а загляденье. Одно плохо: работать он не умел и не хотел. Балбес балбесом.
Подлетает он, значит, ко мне, клюв свой слюнявый раскрывает: «Завтра на демонстрацию пойдёшь!»
- Кто, я? Не, не пойду.
- Ещё как пойдёшь!
Если наши должности на армейский счёт перевести, то был он чем-то вроде младшего ефрейтора. А я и того ниже, рядовой, причём второго разряда. Всё равно, невелика он шишка.
- И не надейся. Валил бы ты отсюда.
Ну сами посудите, в свой законный выходной изволь встать ни свет-ни заря, тащиться куда-то. Потом долго плестись в толпе таких же баранов, как ты. И всё для того, чтобы прокричать начальству, милостиво нам с трибуны ручкой делающего, своё «ура». А снег ли, дождь, град, хоть землетрясение – неважно, всё равно ликуй и кричи. Ни за что не пойду. Пусть рабочий класс, трудовое крестьянство и прогрессивная интеллигенция демонстрируют.
- Султанша приказала!
Ох, мать моя женщина! Султанша – это наша зав. отделом. Если Маргарет Тэтчер именовали Железной Леди, то из Султанши можно было 3 таких Маргарет выковать, ещё металла бы и осталось.
Полюбовался Витька моей вытянувшейся физиономией и сообщил, что именно он назначен на завтрашнее безобразие главным.

Помчался я к Султанше. На бегу отмазки изобретаю. Статью надо заканчивать, как раз на завтра намечено. И нога болит. И заболел я, кажись, чихаю и кашляю. И… Тут как раз добежал, почтительно постучал, вошёл.
Султанша плечом телефонную трубку к уху прижимает - разговаривает, правой рукой пишет, левой на калькуляторе считает, всё одновременно. Она мне и рта раскрыть не дала, коротко глянула, всё поняла, трубку на мгновение прикрыла (Чем?! Ведь ни писать, ни считать она не перестала. Третья рука у неё, что ли, выросла?) Отчеканила: «Завтра. На демонстрацию.» И головой мотнула, убирайся, мол.

Утром встал я с матом, умывался, зубы чистил с матом, по улицам шёл и матерился. Дошёл, гляжу, Витька распоряжается, руками машет, ценные указания раздаёт. Увидел меня, пальчиком поманил, в лицо всмотрелся пристально, будто проверял, а не подменыш ли я, и в своей записной книжке соответствующую галочку поставил. Я отойти не успел, как он мне портрет на палке вручает. Было такое правило, ликовать под портретами, толпа идёт, а над ней портреты качаются.

Я аж оторопел. «Витька… Виктуарий Апполинарьевич…Ну почему мне?!» С этими портретами одна морока: после демонстрации их на место складирования тащи, в крайнем случае забирай домой и назавтра на работу доставь, там уже избавишься - то есть два дня с этой радостью ходи.
- А почему не тебе?
Логично…
Стоим мы. Стоим. Стоим. Стоим. Время идёт, а мы всё стоим. Игорёк, приятель мой, сгоряча предложил начать употреблять принесённое прямо здесь, чего откладывать. Я его осадил: нас мало, Витька обязательно засечёт и руководству наябедничает, одни проблемы получатся. Наконец, последовала команда, и наш дружный коллектив влился в ещё более дружную колонну демонстрантов. Пошли. Встали. Опять пошли. Опять встали. Где-то впереди организаторы колонны разруливают, а мы не столько идём, сколько на месте топчемся. Очередной раз встали неподалёку от моего дома. Лопнуло моё многострадальное терпение. Из колонны выбрался, в ближайшем дворе портрет пристроил. Вернувшись, мигнул Игорьку и остальным своим дружкам. И направились мы все не на главную площадь города, где нас начальство на трибуне с нетерпением ожидало, но как раз наоборот, в моё персональное жилище – комнату в коммуналке.

Хорошо посидели, душевно посидели. Одно плохо: выпивки море разливанное, а закуски кот наплакал. Каждый принёс что-то алкогольное, а о еде почти никто не позаботился. Ну я ладно – холостяк, но остальные-то люди семейные, трудно было из дома котлеток притащить? Гады. Но всё равно хорошо посидели. Пили с тостами и без, под гитару песни орали. Потом кто-то девчонок вызвонил. Девчонки лярвы оказались, с собой ничего не принесли, зато отыскали заныканную мной на чёрный день банку консервов, я и забыл, где её спрятал. Отыскали и сами всё сожрали. Нет, чтобы со мной поделиться, откушайте, мол, дорогой наш товарищ младший научный сотрудник, по личику же видим, голодные Вы. От горя или по какой иной причине я вскоре в туман впал. Даже не помню, трахнул я какую из них или нет.

Назавтра волоку себя на работу. Ощущения препоганейшие. Головушка бо-бо, денежки тю-тю, во рту кака. В коридоре меня Витька перехватывает: «Наконец-то явился. Портрет давай!» «Какой ещё портрет?» «Да тот, который я тебе лично передал. Давай сюда!» «Нету у меня никакого портрета. Отвянь, Витька.»
Он на меня этаким хищным соколом воззрился: «Так ты потерял его, что ли? А ты знаешь, что с тобой за это сделают?!» «Не со мной, а с тобой. Я тебе что, расписывался за него? Ты был ответственный, тебе и отвечать. Отвянь, повторяю.» Тут подплывает дама из соседнего отдела: «Виктуарий Апполинарьевич, Сидоренко говорит, что портрета у него нет.» Ага, понятно, кое-кто из коллег усмотрел мои действия и поступил точно так же. А Витька сереть начал, молча губами воздух хватает. «Значит, ты, - комментирую, - не один портрет проебал, а больше? Преступная халатность. Хана тебе, Витька. Из кандидатов в КПСС тебя выгонят, из бюро профкома тоже. Может, и посадят.» Мимо Сан Сергеич из хоз. обслуги топает. Витька к нему как к матери родненькой кинулся: «Сан Сергеич! Портрет…Портрет где?!» «Где-где. – гудит тот. – Оставил я его. Где все оставляли, там и я оставил.» «Так, - говорю, - это уже не халатность, это уже на антисоветчину тянет. Антисоветская агитация и пропаганда. Расстреляют тебя, Витька.»
Он совсем серым сделался, за сердце хватается и оседать начал. И тянет тихонько: «Что теперь будет… Ой, что теперь будет…» Жалко стало мне его, дурака: «Слушай сюда, запоминай, где я его положил. Пойдёшь и заберёшь. Будет тебе счастье.» «Так сутки же прошли, - стонет. – Где ж теперь найти?» «Не пререкайся, Балбес. Это если бы я ржавый чайник оставил, через 6 секунд спёрли. А рожа на палке, да кому она нужна? Разве что на стенку повесить, детей пугать.» «А милиция, - но вижу, что он уже чуть приободрился. – Милиция ведь могла обнаружить!» «Ну да, делать нечего ментам, как на следующее утро после праздника по дворам шариться. Они сейчас у себя заперлись, похмеляются. В крайнем случае пойдёшь в ближайшее отделение, объяснишься, тебе и вернут. Договоришься, чтобы никуда не сообщали.»

Два раза я ему объяснял, где и как, ни хрена он не понял. «Пойдём вместе, - просит, - покажешь. Ведь если не найду…ой, что будет, что будет!» «Ещё чего. Хочешь, чтобы Султанша меня за прогул уволила?» Тень озарения пала на скорбное чело его: «Стой здесь. Только никуда не уходи, я мигом. Подожди здесь, никуда не уходи, умоляю… Ой, не найду если, ой что будет!»
Вернулся он, действительно, быстро. «Нас с тобой Султанша на весь день в местную командировку отпускает. Ой, пошли, ну пошли скорее!» Ну раз так, то так.

Завёл я его в тот самый дворик. «Здеся. В смысле тута.» Он дико огляделся: «Где?.. Где?! Украли, сволочи!» «Бестолковый ты всё-таки, Витюня. Учись, и постарайся уяснить, куда другие могли свои картинки положить.» Залез я за мусорный бак, достаю рожу на палке. Рожа взирает на меня мудро и грозно. «Остальное сам ищи. Принцип, надеюсь, понял. Здесь не найдёшь, в соседних дворах поройся.» «А может, вместе? Ты слева, я справа, а?» «Витька, я важную думу думаю. Будешь приставать, вообще уйду, без моральной поддержки останешься.»

Натаскал он этих портретов целую охапку. «Все?» «Да вроде, все. Уф, прям от сердца отлегло. Ладно, бери половину и пошли.» «Что это бери? Куда это пошли? Я свою часть задачи выполнил, ты мне ботинки целовать должен. Брысь!» «Но…» «Витька, если ты меня с думы собьёшь, ей-Богу по сопатке врежу. До трёх считаю. Раз…» Поглядел я ему вслед, вылитый одуванчик на тонких ножках, только вместо пушинок – портретики.

А дума у меня была, действительно, до нельзя важная. Что у меня в кармане шуршало-звенело, я знал. Теперь нужно решить, как этим необъятным капиталом распорядиться. Еды купить – ну это в первую очередь, само собой. А на остаток? Можно «маленькую» и бутылку пива, а можно только «мерзавчика», зато пива три бутылки. Прикинул я, и так недостаточно и этак не хватает. А если эту еду – ну её к псу под хвост? Обойдусь какой-нибудь лёгкой закуской, а что будет завтра-послезавтра – жизнь покажет. В конце концов решил я взять «полбанки» и пять пива. А закуска – это роскошество и развратничество. И когда уже дома принял первые полстакана, и мне полегчало, понял, насколько я был прав. Умница я!

А ближе к вечеру стало совсем хорошо. Позвонили вчерашние девчонки и напросились в гости. Оказалось, никакие они не лярвы, совсем наоборот. Мало того, что бухла притащили, так ещё и различных деликатесов целую кучу. Даже ветчина была. Я её, эту ветчину, сто лет не ел. Её победивший пролетариат во всех магазинах истребил – как класс.

Нет, ребята, полностью согласен с теми, кто по СССР ностальгирует. Ведь какая страна была! Праздники по два дня подряд отмечали! Ветчину задарма лопали! Эх, какую замечательную страну просрали… Ура, товарищи! Да здравствует 1-ое Мая, день, когда свершилась Великая Октябрьская Социалистическая Революция!

106

Второй шанс Бенджамина Спока

В начале 1998 года жена знаменитого педиатра Бенджамина Спока Мэри Морган обратилась через газету Times с призывом к нации: "Помогите оплатить лечение доктора Спока! Он заботился о ваших детях всю жизнь!"
Состояние здоровья Спока внушало врачам опасения, а сумма в медицинских счетах переваливала за 16 тысяч долларов в месяц.
Мэри надеялась, что ее призыв будет услышан: ведь популярность врача-педиатра Спока, согласно опросам, превышала популярность американского президента.
Но репортеры тут же набросились на Мэри: "Скажите, а почему вы не обратились с этой просьбой к сыновьям доктора?"
Мэри потупила глаза. Разумеется, она обращалась неоднократно. Но честно говоря, ей совершенно не хотелось озвучивать то, что ей ответили. И старший сын мужа Майкл, сотрудник Чикагского университета, и младший Джон, владелец строительной компании в Лос-Анджелесе, заявили, что не готовы финансировать лечение отца - пусть о нем позаботится государство.
Сыновья посоветовали Мэри отдать Спока в дом престарелых. Она горько усмехнулась: доктор посвятил жизнь тому, чтобы научить родителей понимать своих детей и обращаться с ними, а на самом деле нужно было учить взрослых американцев заботиться о пожилых родителях.
80% американцев считают совершенно нормальным выкинуть из своей жизни несчастных стариков в дома престарелых: ведь там профессиональный уход и все такое. Нет, Мэри никогда не отдаст своего Бена в подобный пансионат.
...Когда в 1976 году 34-летняя мисс Морган вышла замуж за 73-летнего Спока, коллеги по институту детской психиатрии, где работала Мэри, были потрясены. Всем было понятно, что это брак по расчету. Разведенная молодая женщина с ребенком облапошила доверчивого немолодого известного доктора, позарившись на его деньги и имя.
Заочно Мэри познакомилась с доктором Споком когда родила дочь Вирджинию. Мэри буквально выучила советы врача наизусть. И вот спустя несколько лет они встретились в Сан-Франциско. Мэри организовала лекцию Спока в институте детской психиатрии. В ее обязанности входила встреча Бенджамина в аэропорту.
Мэри, чей рост едва дотягивал до метра пятидесяти, выбрала туфли на самом высоком каблуке. Из-за невысокого роста она часто носила обувь на каблуках, даже приноровилась бегать в ней как в спортивных тапочках, что на работе ее прозвали "малышка-акробатка". В аэропорту она стояла с табличкой "Доктор Спок" в толпе встречающих.
До этого Мэри несколько раз видела его по телевизору, но все равно удивилась: двухметровый гигант, подтянутый, весьма интересный и моложавый подошел и скромно представился: "Я доктор Спок".
Внимательные добрые глаза смерили невысокую фигурку Мэри и ее двенадцатисантиметровые каблуки: "А вы точно не упадете?"
Он бережно взял ее за локоть, словно поддерживая: "Давайте знакомиться. Как вас величать?" Мэри почему-то растерялась и выпалила:"Малышка-акробатка..."
Он засмеялся безудержным ребяческим смехом и сразу стал похож на озорного мальчишку: "Это замечательно, что в вас еще жив ребенок! Я, как врач, вам это говорю".
Когда настало время лекции, доктор Спок преобразился: корректный, строгий, сдержанный и безупречный. Сидя в первом ряду, Мэри иногда ловила его внимательный взгляд на своем лице. В один момент ей показалось, что он даже подмигнул ей. В голове мелькнула шальная мысль: а что если... Нет, она даже думать себе запретила об этом.
Когда наступил день его последней лекции Мэри пришла с букетом и большим пакетом, в котором был подарок для доктора Спока. Будучи человеком благодарным и воспитанным, она очень хотела подарить доктору шутливый презент, но переживала: вдруг ее подарок обидит его?
Немного нервничая, она затолкала подарок под свое кресло в лекционном зале. Успокаивала ее мысль, что это их последняя встреча. Она просто отдаст подарок и они никогда больше не увидят друг друга. Завтра он уедет из Сан-Франциско, а потом и не вспомнит ее. Мало ли малохольных он видел за свою жизнь?
После лекции Мэри вручила Споку букет алых роз и поблагодарила его за интересные лекции, а потом тихонько сказала: "У меня для вас есть подарок. Только пожалуйста не сердитесь на меня!"
Бенджамин смутился, достал из пакета большую коробку и надорвал оберточную бумагу. "Это для меня? Вот это сюрприз!" - только и сказал доктор. В коробке находилась игрушечная железная дорога, с поездами, вагончиками, станциями, рельсами, семафорами, дежурными...
Изображение использовано в иллюстративных целях, из открытых источников
В тот же вечер, галантно пригласив Мэри в ресторан на ужин, доктор Спок спросил: "Но как вы догадались? Вы умеете читать мысли?"
Оказалось, что он в детстве мечтал именно о такой железной дороге. Но к сожалению, его мечте не суждено было сбыться. Старший из шести детей, Бен твердо усвоил: подарки должны быть полезными.
Отец Бена, мистер Бенджамин Спок, был юристом, работавшим в управлении железных дорог, а мать Милдред - домохозяйкой. К праздникам дети получали пижамы, варежки и ботинки. Игрушек в доме не водилось: их в многодетной семье считали непозволительной роскошью. Девятилетний Бен для младшего брата выпиливал из дерева лодочки, машинки, человечков и они увлеченно играли (пока мать не видела).
Отец пропадал на работе, Милдред воспитывала детей одна. Она старалась применять для воспитания своей ватаги руководство доктора Лютера Эмметта Холта. Холт утверждал: "Детям необходимы полноценный ночной отдых и много свежего воздуха".
Здравая мысль была доведена Милдред до абсурда: отбой в 18:45, сон на неотапливаемой веранде круглый год, при том, что в штате Коннектикут температура зимой до минус десяти градусов!
На маленькой кухне Милдред составила и вывесила список продуктов которые были полезны (молоко, яйца, овсянка, печеные овощи и фрукты) и которые запрещены сладости, выпечка, мясо).
На каждом шагу Бен, ставший нянькой для младших братьев и сестер, натыкался на запреты: занятия спортом вредны для суставов, танцы способствуют раннему возникновению интересов к противоположному полу, в гости к друзьям - нельзя. За малейшую провинность Милдред наказывала подзатыльником или ремнем. При этом мать была фанатичной пуританкой и требовала от детей полного подчинения.
На младших курсах медицинского колледжа Йельского университета сам ректор не один час уговаривал миссис Спок разрешить Бену войти в университетскую команду по гребле. Высокий, крепкий, спортивный Бен мог добиться немалых успехов и Милдред, скрепя сердце, дала разрешение.
Когда Бен, в составе команды гребцов в Париже на Олимпийских играх 1924 года, завоевал "золото", мать презрительно хмыкнула: "Подумаешь, медаль!" и больше никогда об этом не сказала ни слова.
Бен настолько привык чувствовать себя ничтожеством, что влюбился в первую попавшуюся на его пути девушку, проявившую к нему интерес. Симпатичная темноволосая Джейн Чейни, дочь адвоката, благосклонно слушала как Бен рассказывал о соревнованиях, о том что синяя гладь моря сливается с горизонтом, о том как важна работа и понимание в команде. Джейн уважительно посмотрела на бицепсы симпатичного парня: "Ничего себе, вот это мускулатура!"
Милдред восприняла пассию сына в штыки. Но не на ту напала. Заносчивая и своевольная Джейн в упрямстве могла соперничать с будущей свекровью. В 1927 году Бен и Джейн поженились к неудовольствию Милдред.
"Женись - это не самое худшее в жизни, некоторые вообще попадают на электрический стул!" - прокомментировала мать.
В начале тридцатых Бен открыл свою первую частную практику в Нью-Йорке. Трудные это были времена: разгар Великой депрессии, миллионы безработных, рухнувшие на сорок процентов зарплаты, искусственно взвинченные цены. У доктора Спока пациентов было хоть отбавляй.
В его приемной толпилось всегда по пятнадцать человек, когда у коллег - по два-три человека. Весь секрет был в том, что Бен брал на десять долларов за прием, как коллеги, а семь. Джейн злилась: "К чему эта благотворительность?!"
Содержать семью было непросто: с семи утра до обеда Бен был на приеме, а до девяти вечера мотался по вызовам. Приходя домой он еще успевал отвечать на звонки до полуночи: что делать если малыш чихнул, срыгнул и т.д.
Вскоре родился их первенец. Но, к сожалению, роды у Джейн начались преждевременно, и ребенок прожил лишь сутки. Радости молодых родителей не было предела, когда в 1932 году появился Майкл.
Подруги завидовали Джейн: "Тебе повезло. Твой муж - педиатр!" Но видимо, нет пророка в своем отечестве. Джейн воспитывала Майкла по собственной методике и Бену это напомнило кошмар его детства.
Майкл был отселен в детскую и заходился плачем, Бен бросался к ребенку, а Джейн перегораживала вход в комнату со словами: "Его нельзя баловать!"
В своей знаменитой книге "Ребенок и уход за ним" Спок напишет: "Матери иногда способны на поразительную жестокость по отношению к собственному ребенку".
В жене Бен узнавал собственную мать: самодурство, упрямство и раздражительность. Если у малыша болел живот, Бен рекомендовал ему рисовый отвар, а вечером Джейн гордо докладывала, что поила ребенка морковным соком, что по ее мнению, было " гораздо полезнее".
Если он не велел кутать малыша, то Джейн все делала в точности до наоборот: надевала на него сто одежек. Если Майл простужался, то виноват был в этом Бен.
Бен счел за лучшее не вмешиваться в воспитание сына. Помимо практики он начал преподавать. К концу первого класса школы выяснилось, что Майкл необучаем: он не мог понять, чем отличаются буквы "п" и "б", "д" и "т"... В сотый раз тщетно объясняя разницу между буквами, доктор Спок обратился к детскому психиатру. Тот вынес вердикт: "У мальчика дислексия и он должен учиться в специальном учебном заведении..."
Бен перевел ребенка в особенную школу и тщательно скрывал этот факт от коллег. Через пару лет дислексия Майкла почти исчезла, но характер стал злым и колючим. Отчуждение между Майклом и родителями росло.
Когда издатель Дональд Геддес, отец маленького пациента Бена, предложил Споку написать книжку для родителей, тот растерялся: "Я не писатель!"
ональд подбодрил его: "Я не требую от тебя ничего сверхъестественного! Напиши просто практические советы. Издадим небольшим тиражом..."
Геддес планировал издать книгу максимум в десять тысяч экземпляров, а продал семьсот пятьдесят. Книгу немедленно перевели на тридцать языков. Послевоенное поколение родителей, уставшее от ограничений и жестких правил, приняло книгу доктора Спока как новую Библию, а критики назвали ее "бестселлером всех времен и народов".
До этого педиатры рекомендовали туго пеленать детей и кормить строго по часам. Доктор Спок писал: "Доверяйте себе и ребенку. Кормите его тогда, когда он просит. Берите его на руки, когда он плачет. Дайте ему свободу, уважайте его личность!"
В тот год, когда вышла книга, у Бена родился второй сын - Джон. Но увы, отношения с Джоном тоже не сложились. Джейн, как и в случае с Майклом, отстранила его от воспитания: "Поучайте чужих детей, а я знаю, что лучше для ребенка".
Спока печатали популярные журналы, приглашали на телевидение. Доктор Спок тратил большие суммы на благотворительность. Однажды во время прямого эфира в студию ворвался человек: "Младший сын Спока покончил с собой!"
К счастью, сообщение было ложным. У семнадцатилетнего Джона были проблемы с наркотиками и его откачали. После выписки из больницы Джон заявил, что не будет жить с родителями: "Вы мне осточертели!"
Возраст был тому виной или характер? Вечно отсутствующий молчаливый отец и крикливая, раздраженная мать ему не казались авторитетом. Джон ушел из дома, а Джейн пристрастилась к выпивке. Грузная и располневшая, она с утра до вечера готова была пилить Бена. Несколько раз доктор Спок отправлял ее лечиться в лучшие клиники, но напрасно.
Алкоголизм и депрессия Джейн прогрессировали. Семейная жизнь рушилась. Супруги приняли решение расстаться в 1975 году. После развода Джейн утверждала, что это она надиктовала доктору Споку его гениальные мысли для книги. Он оставил Джейн квартиру в Нью-Йорке , помогал деньгами. Сиделки ей были теперь куда нужнее мужа.
...И вот теперь, сидя в ресторане с молодой женщиной по имени Мэри Морган, доктор Спок, вдруг спросил ее: "Вы, конечно, замужем?"
Мэри задумчиво посмотрела в окно: "Одна. А вы, конечно..." - "Нет, я разведен".
Они прожили с Мэри двадцать пять лет в любви и согласии. Из них двадцать два года они провели... на яхте. Их плавучий дом дрейфовал зимой в окрестностях Британских Виргинских островов, а летом в штате Мэн.
К своему удивлению, Мэри обнаружила в своем немолодом муже множество необыкновенных черт. Этот старик в джинсах многого был лишен в своей жизни. Она смеялась: "Ты не-до-жил!" Молодая жена разделила его увлечение морскими путешествиями.
Ее дочь Вирджиния пыталась урезонить мать: "Вы оба сошли с ума! В такую погоду в море!" Но Бен был прирожденным капитаном и Мэри с ним было совсем не страшно. В 84 года Спок занял 3-е место в соревнованиях по гребле.
Она подарила ему вторую молодость, более счастливую, чем первая. Когда он стал немощным, она не отдала его в дом престарелых, а ухаживала сама, как за ребенком. Доктор Спок прожил девяносто четыре года и умер 15 марта 1998 года.

107

Пару недель назад к нам домой пришёл психиатр с детского сада. Он показал результаты психологического теста моего младшего брата. Как оказалось, на одном из его рисунков была изображена наша семья: мама, папа, я, младший брат и пиздакрыл. Как я узнал о пиздакрыле? Он был подписан.

109

Во все времена для выпускника сельской школы немного вариантов в выборе профессии, если он желает остаться с родителями.
Престижным было всегда окончить институт или техникум по специальности, которая пригодится в деревне: агроном, зоотехник, учитель или врач.
Старший брат нашего героя Антон, поступил в техникум для получения квалификации агроном.
Когда он был уже на третьем курсе младший брат Алексей окончил школу и выбрал себе профессию – ветеринарный врач.
Антон вернулся в родной поселок молодым агрономом, с блеском в глазах и желанием применить полученные знания на практике.
Взяли на работу без проблем, должность старший учетчик тракторной бригады, родители были в восторге.
Алексей видя успехи старшего брата, старался не отставать в учебе, прилежно учился. Спустя отпущенный на обучение срок, он пришел в контору колхоза с дипломом, что было на тот момент очень кстати, место было вакантным.
С первого дня все у Алексея заладилось, буренки, хавроньи, барашки с конями, попали под присмотр доброго и знающего лекаря.
Вот здесь то, родители братьев начали в два голоса, навязчиво подбивать с семейной жизни:
- Что вы специалисты, а без жен, без хозяйства своего?
Оба на работе с утра до вечера, да и выбор невест небогат.
Тут приехала, в поселок беженка, с казахских степей, с русскими корнями, Ирэн, в прошлом говорит, работала бухгалтером, ну сейчас согласна и дояркой быть.
Запали на девушку оба брата, стали ухаживать, оказывать знаки внимания, хотя и была Ирэн старше наших героев на полтора десятка лет, фору могла дать малолеткам, одевалась красиво, макияж не броский, но эффектный. Выбрала она младшего Алексея, родители про разницу в возрасте не сразу узнали, после того как они начали совместно проживать в доме оставшегося от дедушки с бабушкой.
Вот тут Ирэн стала Алексея приобщать к культурной жизни как в городе, шампанское, мартини, ликер, коньяк. Чем еще душу порадовать в глухомани. Стал Алексей и медицинский спирт с работы приносить да за консультации местных жителей в области ветеринарии брать бутылкой самогона.
Старший Антон стал компанию составлять, в запой стала уходить троица.
На работу не ходили по пару дней сначала, потом неделями стали прогулы мерить, терпело руководство молодых специалистов, не наказывало, кем заменишь.
А вот Ирэн, после третьего предупреждения пришлось уехать в неизвестном направлении.
Загоревали братья, еще больше пить начали. Родители им не указ.
Но к работе стали с неприязнью относиться, без огонька.
Антон стал подумывать в город уехать, в оранжерее работать.
Алексей ударился в частную практику, домашних лечить животных.
В один раз пришел на вызов к молодой разведенке Марине, кот у нее занемог. Полечил, назначил микстуры, сказал в район нужно свозить, поехали завтра вместе.
Кот выздоровел, у Марины и Алексея завязался роман. Родители опять же узнали, нос уже по ветру держат теперь.
- Где твои глаза, у нее же двое детей, мальчик шесть лет, девочка два года? Не послушал родителей Алексей, решил что это не помеха.
Поженились, расписались, купили дом, ведут добротное хозяйство, про кота не забывают, от коровки своей всегда парного молока наливают. Антону тоже сметана с простоквашей перепадает, да на котлетки домашние приглашают по выходным.
Теперь в семье Алексея и Марины четверо детей, счет два – два, как говорят они пока не известно в чью пользу.
Во дворе автомобиль и мотоблок, в доме все прелести городской жизни, водопровод, канализации, газовое отопление.
Вот так, врачу с золотым сердцем, но темной головой, Марина и ее кот помогли уберечься от зеленого змия.

110

AselMinagawa:
14 февраля мой младший брат впервые идёт на свидание с девушкой. Готовимся всей семьей. Папа купил новый костюм, мама дала деньги на подарок, сестра научила какие слова говорить, брат довезет. :-) Сильно переживаем, ему только 16, а уже свидание, ща в общем чате обсуждаем это. ;-D
Pavel Sidorovich:
Надеюсь, хоть дед презервативы даст...

111

Как я был лунатиком.

Сколько мне тогда было? На новую квартиру мы уже переехали, а в школу я еще не ходил. Значит, семь, последнее лето перед школой. Я недавно научился бегло читать и, пользуясь тем, что родители были заняты работой, а дедушка и бабушка – моим годовалым братом, читал всё подряд. Бабушке это не нравилось, она гнала меня на улицу, подышать воздухом и поиграть с ребятами.

Легко сказать – поиграть! Старые товарищи остались на старой квартире, а найти новых домашнему книжному мальчику не так-то просто. Во дворе никого не было, на пустыре за домом трое парней играли в пикаря. Ребята были дворовые, не домашние, не в шортиках и новых сандаликах, как я, а в спортивных штанах и драных кедах. Один постарше меня года на три, другой, наверное, на год, а третий – как я или даже младше.

Пикарь, или пекарь – довольно сложная игра с палками и консервной банкой, гибрид городков, хоккея и фехтования. Играть втроем неинтересно, и старший жестом позвал меня присоединиться. Я подобрал палку рядом на стройке и включился в игру. Играл я плохо, всё время водил, получал пиками по ногам, но это было намного веселее, чем слоняться по двору одному.

Устали, присели отдохнуть.
– Что-то стало холодать, – сказал старший.
– Что-то девок не видать, – добавил второй.
– Не мешало бы поссать, – заключил младший.

И тут у меня глаза полезли на лоб от того, что они сделали. Все трое встали в ряд, приспустили штаны и стали мочиться на забор! Для меня это было... даже не знаю, с чем сравнить. В одной из прочитанных мною книг, совершенно не детской, мальчик случайно увидел, как едят ложками мозг живой обезьяны. Вот примерно такой уровень шока. Даже хуже, потому что про поедание обезьяньего мозга я хотя бы читал, а о том, что можно справлять нужду не дома в туалете, запершись ото всех, а прямо на улице на виду, ни в одной моей книжке написано не было.

– Давай тоже, – старший, не отрываясь от процесса, кивнул мне на забор рядом. Я от потрясения не смог произнести ни слова. Помотал головой, что-то промычал и опрометью кинулся домой.

Ночью я никак не мог заснуть. Представлял, как завтра наберусь смелости и пописаю на забор с ними вместе. И они сразу признают во мне своего и не будут презирать за домашность и изнеженность. Но вдруг у меня не получится? Из окна моей комнаты как раз был виден пустырь и кусок забора, и я решил потренироваться ночью, когда все спят. Дождался, пока взрослые разошлись по своим комнатам и затихли, на цыпочках вышел в коридор и выскользнул за дверь. Чтобы не шуметь, не стал одеваться, так и пошел босиком, в трусах и майке, как спал.

Осторожно выглянув из подъезда, я понял, что до пустыря не доберусь. Это для меня была глубокая ночь, а двор вовсю жил. Шли прохожие, целовалась парочка под деревом, мужики играли в домино. Прождав бесконечно долгие минут двадцать и не увидев изменений, я не солоно хлебавши вернулся к квартире.

Тут меня ждал еще один сюрприз. Дверь оказалась заперта. То ли ее захлопнул сквозняк, то ли кто-то закрыл, проходя мимо. Пришлось звонить. Четыре пары глаз уставились на меня – маленького, дрожащего и не способного объяснить, как я оказался за дверью. На вопросы «Ты хотел погулять?», «Ты шел в туалет и перепутал дверь?» и тому подобные я только всхлипывал и мотал головой.

Выручила бабушка с вопросом: «Может, он лунатик?». Про лунатиков я смотрел по телевизору, это было интересно и романтично, и я энергично закивал. Мама, кажется, не поверила, но сводила меня к невропатологу. Сейчас у меня наверняка нашли бы какую-нибудь модную перверсию (вот пишу и гадаю, какую перверсию диагностируют мне благодарные читатели), а тогда врач просто постучал по коленкам молоточком, поводил этим же молоточком перед глазами и записал в карточку что-то вроде «Сомнамбулизм в стадии ремиссии» или «Разовые проявления сомнамбулизма».

Доверие ребят я завоевал уже осенью, когда не побоялся искупаться со всеми в котловане на стройке. Подумаешь, провалялся потом три недели с бронхитом. Годам к 12–13 бронхит стал хроническим, и меня отправили в санаторий. Именно при устройстве в санаторий я случайно остался наедине с медкартой и прочел запись невропатолога, а то иначе как бы я о ней узнал?

Про санаторий тоже есть что рассказать на тему завоевания авторитета у сверстников. Была там такая Зоя Попова, которая к четырнадцати годам ухитрилась отрастить буфера побольше, чем у воспитательниц. И среди пацанов стало идеей фикс эти буфера пощупать. Реализовать идею на практике не пытались: девушка крупная и решительная, 90% надает по голове и 100% наябедничает, вылетишь из санатория с белым билетом. Зато в теории каких только планов не придумывали, типа подстеречь ее в темном углу и накинуть мешок на голову, чтобы не узнала нападавших. Хороший план, только темных углов в санатории не было, а девчонки даже в туалет ходили толпой.

Лично меня буфера Поповой не интересовали, мне и сейчас нравятся женщины с небольшой грудью. Но стадный инстинкт – страшное дело, а еще страшнее соблазн выпендриться и решить неразрешимую для других задачу. И когда стали обсуждать совсем уж бредовую идею зайти в девичью палату ночью, когда все спят, я вдруг сказал:
– А спорим, зайду.
– Да ну, бред. Почувствует же, проснется, поднимет хай.
– А это не ваше дело. На что спорим?
– На американку (то есть на любое желание).
– Замётано.

Пройти по полуосвещенному коридору до девичьей палаты и бесшумно открыть дверь оказалось страшновато, но несложно. Пацаны следили за мной издалека. Зоина кровать была возле двери, я наклонился, протянул руку, коснулся чего-то мягкого...

Раздался пронзительный девичий вопль, на который я ответил еще более пронзительным воплем. Загорелся свет. Я стоял посреди палаты и демонстративно озирался и тер глаза, как будто только что проснулся.
– Сдурел? – кричала на меня Попова. – Ты куда полез? Жить надоело?
– Никуда я не лез! – кричал я в ответ. – Я лунатик. Я хожу во сне, сам не знаю куда. Потом просыпаюсь и ничего не понимаю.
– Врешь ты всё!
– Не вру. Не верите – спросите у медсестры. У меня в медкарте записано.

Пришедшей на шум воспитательнице я твердил то же самое: лунатик, заснул у себя, очнулся здесь, не верите – посмотрите в карте. Воспитательница велела всем идти спать и пообещала разобраться утром. Наутро зашла, извинилась передо мной и объявила девчонкам, что всё в порядке, обвинения снимаются, действительно лунатик.

Выигранное желание я потратил на требование принимать меня во все игры и разговоры. Но это было не нужно, я и так стал среди пацанов героем и по их просьбам каждый вечер пересказывал, какова Попова на ощупь. С каждым разом в этих рассказах становилось всё больше деталей и выдумки, а правды в них не было никогда. Я ведь на самом деле ничего не успел почувствовать и вообще не уверен, что в темноте коснулся именно груди, а не живота или комка одеяла.

112

САМАЯ ЖЕЛАННАЯ ОККУПАЦИЯ

Конец пятидесятых. Ангилья. Коралловый остров с населением 5 тысяч человек, бедные почвы, пресных водоемов нет. Полная нищета, и проку с острова Британии никакого (как и с большинства других карибских островов), сплошной геморрой.

Бритты в пятидесятых начали щедрой рукой раздавать независимость Карибам, практически в принудительном порядке. Делалось это как попало, лишь бы сдыхаться от этих иждивенцев. Сперва организовали одну страну – Карибскую федерацию, куда включили все острова. Результат предсказуем – склоки и срач в парламенте и полная неуправляемость. В шестдесят втором федерация развалилась, относительно крупные острова были назначены независимыми странами, а мелкие острова бритты стали собирать в небольшие кучки и назначать их одной страной. Так и слепили страну Сан Киттс, Невис и Ангилья.
В Лондоне проигнорировали тот простой факт, что санкитчане и ангильцы друг друга на дух не переносят. В один прекрасный весенний день ангильские пацаны настучали по мордам сант-киттской полиции, выкинули их с острова и провели референдум о независимости (не от Великобритании, но от Сант-Киттса). Бритты же на все плюнули и забыли об Ангилье на долгие два года.
С 67 по 69 остров был совершенно непонятно чьей территорией юридически. В 69м бритты наконец-то вспомнили об Ангилье и послали какого-то лоха (Билл Витлок, младший министр) на разборки. Не знаю, чем он местным не угодил, но с острова его выставили через пару дней под дулом пистолета и периодически постреливая в воздух для придания ему дополнительного ускорения. Вернувшись в Великобританию, Витлок на заседании правительсва доложил, что остров захвачен бандитами и его, бедолагу, чуть не расстреляли.

Было решено бандитов показательно наказать. В 5 утра 19 марта 1969 года 331 парашютист второго парашютного полка и тридцать полицейских высадились на пляже в Ангилье (на всю страну не нашлось ни одного причала). Командующий операцией полковник Ричард Доней наблюдал за десантированием с борта фрегата и очень волновался, когда британский десант был встречен непонятными вспышками света. Вскоре выяснилось, что это были вспышки фотокамер – десантников встречали 60 (!) журналистов. Ангильская же армия получила приказ командования сидеть дома и потому отражать вероломное вторжение не пришла.
С легкой руки американских журналюг десантная операция была названа «битвой в заливе Поросят» (по аналогии с провалившейся операцией ЦРУ в кубинском заливе Свиней)

Опозоренной Британии после такого «вторжения» не оставалось ничего другого, как на Ангилье жениться. Британское правление было восстановлено, в 1971 году было подписано временное соглашение и в 1980 Ангилья получила окончательный и бесповоротный статус заморской территории Великобритании.

на снимке: британские оккупанты топчут имперскими сапогами землю тогда еще гордой и независимой Ангильи

113

ОБЗОР ТЕРМОСА
"Раз он в море закинул невод, —
Пришёл невод с одною тиной."
(А.С.Пушкин)

У моего приятеля сын второклассник, шустрый парень и будущий блогер-миллионник. Зовут его Марик.
Сегодня, правда, у него не миллион подписчиков, а чуть меньше, всего три: папа, младший брат и бабушка.
Ну, ничего, если на твоём канале пока нет ни одного видео, а у тебя целых три подписчика — это уже большой успех.
Вот, на даче, в новогодние праздники, Марк и задумал снять свой первый видеообзор. Только что обозревать? Кошку Дусю? Трудновато, она всё время убегает ещё на этапе установки штатива. Обзор на Салют? Так его уже давно расстреляли, остался только закопчённый след на снегу. О, а ему же дедушка подарил отличный фирменный термос. Вот это дело, с обзором термоса можно и миллиард просмотров набрать, если повезёт.
Установил Марик на кухне штатив, закрепил телефон, включил запись, вошёл в кадр и начал:

«Всем привет, кто не подписался, подписывайтесь на мой канал и ставьте лайки.
Сегодня у нас на обзоре мой новый термос. В него влезает один литр чая и чай должен сохраниться горячим 48 часов.
Вот это мы и проверим. У меня есть: чайник, заварка. Папа, не заходи, я же снимаю обзор! Сахар, лимон, градусник, бумажка на которой мы напишем все данные, карандаш и резинка, чтобы прицепить к термосу бумажку и карандаш…
Итак, наш чаёк готов, меряем температуру, получается 96 градусов. Закрываем плотно пробку, крышку, всё записываем и уходим. Не переключайтесь, скоро встретимся на реке."

Марк подошёл к делу серьёзно, собрал в рюкзак всё съёмочное оборудование, отпросился у папы, встал на лыжи и пошёл через лес в сторону реки. Километра три всего.
Хотел дойти до самой речки, но плюнул, очень уж холодно, да и встречный ветер. Остановился Марк среди снежной пустыни, установил штатив с телефоном и продолжил свой ролик:

«Дорогие друзья, вот мы уже и на природе. Там, видите, лес, а вон там вдали, речка.
Итак, в записке на термосе я написал, что чай залил в 10.00.
Сейчас 15.20 мы втыкаем термос прямо в снег и вернёмся сюда завтра в это же время, тогда и посмотрим какая у чая будет температура.»

Чтобы не потерять термос в снегу, Марк построил рядом небольшого снеговика и довольный собой, вернулся на дачу с красными щеками.
На следующий день, Марик опять собрал рюкзак, встал на лыжи и уехал снимать свой одинокий, замёрзший термос.

Вернулся блогер очень сердитый, даже небольшую слезу пустил, когда папа спросил - что случилось?
Марик молча положил на пол пакет, перевернул его, из пакета с деревянным стуком высыпались три замёрзших рыбины и термос.
Вручил папе записку и всхлипнув, отвернулся к окну.

Папа принялся читать детский почерк сына:

«Чай налит в 10.00
Температура чая 96 градусов.»

Далее шёл размашистый взрослый почерк:

«Дорогой, незнакомый друг, сейчас 9.30, температуру чая померить мы не смогли, потому что нет градусника, но сам чай просто обжигающий, а главное очень вкусный, сахар в меру, да ещё и лимон к месту. Нас тут целых шесть человек и на всех по чуть-чуть вполне хватило согреться.
Простите, что испортили вам эксперимент, в качестве извинений оставляем немного нашего улова.
Удачи вам на ютьюбе и с Новым годом!

P.S.

Снеговик у вас очень красивый.»

114

Отслужившие поймут.
За что дают воинские звания.

Ефрейтор - разок @опу рванул
Младший сержант- пару раз рванул
Сержант - три раза рванул
Старший сержант - сильно @опу рванул
Старшина - так рванул, что аж поперёк разошлась

115

Семейный обед. За столом отец, сыновья. Вдруг отец старшему:
- Ешь суп как следует! Что ты ковыряешься еле-еле, смотреть противно!
- А чего ты разорался?
- Я разорался? Ах ты козел!
И раз подзатыльник!
Другой сын вступает:
- Папа, ну если человек не хочет есть, что ты его заставляешь да еще бьешь? Ты же просто как тиран.
- Я тиран? Ах ты сволочь!
И ему раз-раз по ушам.
Тут младший кладет ложку и уши руками закрывает.
Отец:
- А ты чего закрылся? Ты кушаешь хорошо, вежливый, отцу не грубишь, чего тебе бояться?
- Да я знаю, что вежливый. Это я просто на всякий случай, ты ж такой мудак...

117

Ференц ликёр.

«Что венгру хорошо, то русскому смерть».
Сильно переиначенная мной фраза А. В. Суворова.

В не такие уж отдалённые времена довелось мне поработать в Венгрии на строительстве и запуске в работу одного небольшого завода. Само предприятие находилось на окраине села, километрах в сорока от Эгера с его, Эгера, крепостью, купальнями и винными погребами.
Жили мы в доме в том же селе. Мы – это три технических специалиста: инженер Андрей, специалист по всему что может самостоятельно двигаться и что-либо поднимать Серёга и я, Мишаня, в качестве технолога и программиста.
Со временем, худо-бедно, насколько позволяло знание языка, мы познакомились с нашими соседями по улице, в числе которых были Ференц и его жена Марта.
Ференцу было уже около семидесяти, но это был статный поджарый мужчина. Своей короткой стрижкой и седой бородой он чем-то напоминал Старину Хема. Марта же была невысокой женщиной с очень умными и красивыми глазами, которая постоянно что-то говорила. К сожалению, мы не понимали и четверти из её монологов.
При всём внешнем благополучии, Ференцу и Марте явно недоставало общения, особенно с детьми. У старшего сына детей не было, а младший, хоть и наградил их внуком, но сам был широко известным в узких кругах учёным и постоянно находился где-то на других полушариях Земли. Поэтому, когда в очередной приезд Серёга привёз свою семью вместе с пятилетним сыном, они были приглашены в дом Ференца. Потом ещё раз приглашены. Потом Серегин сын получил право приходить туда самостоятельно, когда ему захочется, и неизменно угощался разными домашними сладостями, которые великолепно готовила Марта. В конце концов, Серёга как-то раз пришёл из гостей и сообщил, что в следующий раз и мы с Андреем приглашены к Ференцу.
Несмотря на солидный возраст, Ференц являлся председателем местного охотничьего клуба, и его дом представлял собой этакий музей в миниатюре, где по всем стенам и углам были развешены-расставлены черепа, головы и чучела разных зверей и птиц. Позже, побывав там не один раз, мы стали замечать, что экспозиция периодически меняется. На наш вопрос о причинах миграции чучел, Ференц ответил, что местный музей периодически делает тематические выставки и берёт у него какие-нибудь экземпляры, а старые возвращает назад.
Надо сказать, что, похоже, национальными видами спорта в Венгрии являются взращивание и безудержное потребление стручкового перца (паприки) всех видов и любой степени остроты и производство местного фруктового самогона – палинки.
По-моему, паприка там везде: в хлебе, сыре, сосисках, колбасе. Лично сам видел, как один из наших рабочих-венгров обедал колбасой с паприкой и закусывал её болгарским же перцем вместо хлеба.
Палинку гонят все, даже принципиально непьющие. Гонят и из свежих фруктов и ягод, и из падалицы. Гонят крепкую – 50-60 градусов и «женскую» - 40 и ниже. Гонят яблочную, грушевую, малиновую, абрикосовую, сливовую, виноградную, ещёнепоймикакую, потому что название этих фруктов на русский язык не переводится. Лучшие рецепты хранятся под семью замками в тёмных мрачных погребах и передаются по секрету только на смертном одре.
Мы тоже пытались участвовать в этих видах спорта. Например, мы с Серёгой устраивали соревнования по количеству колечек острого перца в борще. Серёга вырвал победу у меня изо рта, съев борщ с шестью колечками, я же осилил только пять. Андрей в этой спартакиаде участия не принимал, благоразумно решив для себя, что запасным желудком и сфинктером его мать-природа не наградила. Зато Андрюха выгнал самую крутую палинку из винограда, который рос у нас во дворе.
Ференц же был непревзойдённым Мастером Палинки. Каждый раз, когда мы приходили к нему в дом, он доставал маленькие серебряные стопки и одну из бутылок из закромов. Разливал, и, под неизменное «эгишеги» - по-русски «на здоровье», мы выпивали этот нектар. У венгров не принято закусывать палинку, наоборот, следует подождать, подышать, «поплямкать», наслаждаясь послевкусием. Потому из закусок на столе был кофе, сливки и сладости, которые к нашему приходу готовила Марта. Бутылка пряталась, доставалась другая, с не менее вкусным содержимым, и всё повторялось. Так нас угощали тремя-четырьмя видами палинки, а затем мы напоследок пили кофе с плюшками от Марты.
И всё, как говорится, было хорошо, пока в один из визитов мы не попросили Ференца угостить нас своей самой крепкой палинкой. Ференц улыбнулся, что-то пробурчал себе в бороду и ушёл в закрома. Принёс он оттуда тёмно-зелёную плоскую поллитровку, до пробки набитую мелкими стручками перца. Оставшийся небольшой объём между стручками занимала жидкость. На бутылке красовалась этикетка с изображением мужика, подозрительно напоминавшего австрийского императора Франца-Иосифа и надписью «FERENC LIKER». Мы напряглись. «О! Именная!» - осторожно сказал Андрюха, и Ференц разлил по стопкам. Он сказал что-то по-венгерски, затем махнул стопку и продолжил речь. «Тю, фигня, - заулыбались мы, глядя на Ференца, - решил нас перцовкой напугать». Мы окончательно расслабились, и Серёга немедленно выпил.
Если бы Сергей в этот момент сидел за столом, то история, может, потекла бы в другом русле, но он, на свою беду, стоял. Взвизгнув и зарычав одновременно, Серёга выронил стопку из рук, два раза крутанулся вокруг себя и, фактически, исчез. Во всяком случае, я не заметил, как он убежал. Где-то что-то громко хлопнуло. Злые языки утверждали потом, мол, это была дверь, но мне кажется, что Серёга нечаянно преодолел звуковой барьер.
«Как-то странно он себя ведёт», - подумали мы с Андрюхой, и я тоже немедленно выпил. Ну что сказать… Видимо, в прошлой жизни, в средние века, я подделывал монеты, и меня тогда не поймали. А сейчас провидение вспомнило про мои грехи и, таки, решило наказать. Я никуда не побежал, не выл, не визжал. Меня просто пригвоздило к стулу, и мне казалось, что мне в рот залили расплавленный свинец, и он, свинец этот треклятый, сейчас сделает внизу меня дыру и вытечет на пол. При этом, я усиленно пытался сделать вид, что всё хорошо и, вообще, я такое каждый день перед сном пью, но у меня предательски дёргался левый глаз. На все эти телодвижения Андрей смотрел уже очень подозрительно. «Пей, не бойся, нормально всё», - сказал я ему чужим хриплым голосом, а потом зачем-то добавил: «Пей, а то из-за стола не выпустят». Андрюха обречённо вздохнул и выпил.
Ничего не сказал нам Андрей. Он,вообще, долго потом ничего не говорил, просто молча быстро выпил кофе, затем сливки, потом съел плюшки. Потом долго с надеждой смотрел на Марту, пока она не принесла ещё плюшек, и мы их быстро съели уже вдвоём. Потом пришёл Серёга выяснять что это было. И выяснил! Отсмеявшись, Ференц и Марта рассказали нам, что угостили нас перцовой настойкой, которую Марта готовит, чтобы втирать Ференцу в спину от ревматизма.

118

Милые зайцы, медвежата и ежики стали неотъемлемой частью советских праздников. Их рисовали на окнах под Новый год (и даже до сих пор это делают), старательно копировали, украшая стенгазеты или плакаты. Автором целого мира забавных зверушек был Владимир Иванович Зарубин. За 30 лет работы в свет вышло более 1,5 миллиарда открыток и конвертов с его рисунками, однако умер художник практически в нищете.

В 1925 году в небольшой деревне Орловской области в семье Зарубиных родился третий сын. Мальчик рос очень одаренным, и родители в меру сил поощряли его увлечение рисованием. Так, например, отец подсказал Володе начать собирать собственную коллекцию открыток. В те годы получить по почте от родных красивую картинку с небольшим письмом было настоящей радостью. Именно это счастье, связанное с почтальоном и вестью от далеких друзей, художник сумел сохранить в памяти и затем воплотить в собственных рисунках. Коллекция у маленького Вовы собралась, кстати, очень солидная – около пяти тысяч разноцветных карточек. Такая не у каждого мальчишки была!

Во время войны семью раскидало по свету. Старшие сыновья ушли на фронт, а младший попал в оккупацию и был вместе с другими односельчанами отправлен в Германию. Работал на заводе, несколько раз чуть было не попал под расстрел, но выжил и сумел после победы благополучно вернуться домой. Правда, в родной деревне он уже не остался. Юношу забрали в армию, а затем он осел в Москве, пошел работать на завод, учился в вечерней школе. Вместе с огромной армией детей, переживших страшные годы, Владимир Зарубин сумел догнать и получить то, что отняла у него война – часть жизни, старшие классы школы, студенческие годы. Ему удалось поступить на курсы мультипликаторов, и много лет затем талантливый художник трудился на студии «Союзмультфильм». Глядя на его открытки, мало кто догадывался, что этот же художник был автором образов из сотни любимых советских мультфильмов: «Маугли», «Ну, погоди!», «По следам бременских музыкантов», «Раз — горох, два — горох», «Тайна третьей планеты», «Жил-был пёс» и множества других.

Открытки он начал рисовать в 1962-м году. Эпоха соцреализма была очень строга к любому виду творчества, а тем более – к тому, которое «шло в массы», поэтому каждую новую картинку должен был одобрить худсовет. Первые образцы ежиков и зайчиков ставили членов комиссии в тупик: что это – новое слово в советском искусстве или образчик капиталистического упадничества? От многих идей приходилось отказываться, но художник продолжал рисовать в своем стиле, и скоро миллионы простых людей проголосовали за него, выбирая на прилавках киосков не смелых пионеров, бодро шагающих под знаменами в светлое будущее, а мишек на санках, снеговиков, наряжающих елку, и зайчат с цветами, спешащих поздравить кого-то в сказочном лесу с днем рождения. Так открытки Владимира Зарубина стали неотъемлемой частью советского быта. Мало кто знал имя художника, однако все пытались перерисовать его милых зверушек.

Для художника, рисующего открытки, Владимир Зарубин был достаточно известен. У него скоро появились поклонники, которые писали мастеру. Современники вспоминают, что он всегда отвечал на эти письма. Характер этого человека был, наверное, с первого взгляда виден в его работах: искренний, открытый, очень добрый – именно таким он был и в жизни, поэтому поклонники его творчества, получая в ответ письма, полные тепла, не были разочарованы в своем кумире.

К сожалению, перестройка выбила художника из колеи. В 90-х годах ему шел уже седьмой десяток, а в этом возрасте подстраиваться под мир, который рушится на глазах, очень сложно. Открытки катастрофически теряли актуальность, казалось, что почтовые перевозки вообще скоро канут в Лету, поэтому художнику пришлось менять специфику работы. Чтобы выжить, он вынужден был бегать по маленьким издательствам, пытался получить хоть какие-то деньги за свою работу, но это выходило все хуже. Однако работать он не переставал, до последних дней из-под его кисти выходили такие милые и знакомые зверушки, которые вдруг перестали быть нужными. Однако силы человека не безграничны. После очередного телефонного звонка из разорившегося издательства, получив известие, что денег за работу последних недель он не получит, Владимир Зарубин слег с тяжелейшим сердечным приступом. Он умер от инфаркта, и сын, который был с ним рядом, ничем не смог помочь 70-летнему отцу, а скорая помощь, к сожалению, опоздала.

Несмотря на то, что в период с 60-х по 90-е годы было выпущено огромное количество - более 1,5 миллиарда открыток с рисунками Владимира Зарубина, сегодня они ценятся у коллекционеров. Некоторые считаются раритетами и стоят очень дорого. В филокартии даже существует самостоятельное направление - коллекционирование открыток Владимира Зарубина.

Кстати, если хорошо поискать, то наверняка у каждого, рожденного в СССР, найдется где-нибудь в стопке старых открыток или в альбоме образец творчества этого прекрасного художника. Его работы настолько узнаваемы, что подписи не требуют.

119

- Папа, а вот президент США Буш младший после того как перестал быть президентом вернулся на своё ранчо в Техасе, где жил до президентства. А вот премьер-министр Норвегии продолжил жить в доме своих родителей, в котором жил с детства. - Ну и что? - А когда наш президент перестанет быть президентом, он тоже вернётся в свою трёхкомнатную питерскую квартиру?

120

- Папа, а вот президент США Буш–младший после того как перестал быть президентом вернулся на своё ранчо в Техасе, где жил до президентства. А вот премьер-министр Норвегии продолжил жить в доме своих родителей, в котором жил с детства.
- Ну и что?
- А когда наш президент перестанет быть президентом, он тоже вернётся в свою трёхкомнатную питерскую квартиру?

121

"Разрывая семейные узы" (Breaking Home Ties, 1954) — одна из самых популярных и любимых американцами картин Нормана Рокуэлла.

Художник написал её, когда сам начал ощущать "синдром опустевшего гнезда" — его дети один за другим стали уходить во взрослую жизнь и именно это ощущение тоски от предстоящей разлуки он повытался передать в фигуре отца, который готовится посадить на поезд сына, отправляющегося в университет. Парень одет в свой лучший костюм, на его чемодане наклейка "Университет штата", из кармана торчит билет, рядом с отцом стоят флаг и фонарь — они из такого маленького городка, что здесь даже нет станции и отцу предстоит остановить поезд, чтобы посадить на него сына, а пока что они ждут, сидя на подножке их фермерского грузовичка.

В 2006 году эта картина была продана на аукционе "Сотбис" за 15,4 миллиона долларов — на тот момент это была рекордная сумма за картину Рокуэлла. Не в последнюю очередь рекорд был установлен из–за необычной и довольно интересной истории, связанной с этой картиной.

В 1962 году, через восемь лет после создания, эту картину купил за 900 долларов у самого Рокуэлла его близкий друг и сосед — художник комиксов Дон Трахт. С тех пор картина оставалась у Трахта, до самой его смерти. Он отказывался продавать ее за любые деньги — когда в середине семидесятых Трахт отклонил предложение в 35 000 долларов, Рокуэлл написал ему записку: "Ты просто спятил, что не продаешь ее, но я ценю твою преданность". В 2004 году Трахт переехал в дом престарелых и его дети решили передать драгоценную картину в музей. Но когда там начали сравнивать оригинал с обложкой журнала, в котором она была впервые напечатана, обратили внимание на несоответствия. Краски оказались более блеклыми, лицо мальчика было другим, отличались и другие детали. Эксперты пребывали в недоумении, поскольку история картины была безупречна — её продал сам Рокуэлл, на руках владельцев были все документы, сохранился даже оригинал чека. Картину отправили на экспертизу, чтобы установить проводились ли над ней дополнительные манипуляции и рентген не показал никакого второго слоя. В конце концов сотрудники музея сошлись на том, что скорее всего картина была испорчена плохим реставратором при одной из чисток.

В марте 2006 года младший сын Трахта обходил дом своего покойного отца, который выставили на продажу, и заметил странную щель в стене у книжной полки — как будто в этом месте панель, закрывавшая стену, немного отошла. Он потянул ее на себя, заглянул внутрь и увидел очертания картин. Оказалось, что стена легко отъезжала в сторону, а за ней висели восемь картин знаменитых американских художников: Мид Шеффер, Джорджа Хьюза, Джина Пелхама, а в центре — "Разрывая семейные узы" Нормана Рокуэлла. Вот только большинства из этих картин у Трахта не должно было быть. В 1973 году он развелся со своей женой, Элизабет, и восемь картин современных американских художников были поделены между ними — пять достались Элизабет, а три, включая "Разрывая семейные узы", перешли во владение Дона. Вернее так думали. На самом деле Дон Трахт, сам талантливый художник, просто скопировал все картины, будучи не в силах расстаться с ними. Потом, подчиняясь решению суда, он передал копии бывшей жене, свои копии развесил по стенам у себя дома, а оригиналы спрятал в тайнике. После этого удивительного открытия оригинал отправили туда же, где находилась копия — в музей, где их некоторое время демонстрировали вместе, а потом посвятили удивительной находке целую выставку — "Тайны за стеной: Коллекция Дона Трахта" — где показали все картины, найденные в тайнике вместе с их копиями.

123

КАЗУС ПРОКОФЬЕВА

Сергей Сергеевич Прокофьев умер в один день со Сталиным: 5 марта 1953 года. Кончина «вождя народов» затмила уход музыканта. Все, кто хотел с ним проститься, шли в Дом композиторов, где проходила гражданская панихида, с комнатными цветами в горшках: других просто не было - все «достались» Сталину. Рядом с гробом стояла печальная и смиренная Мира Мендельсон - вдова.

В то же самое время другая вдова Прокофьева - зэчка Лина Любера – привычно толкала бочку с помоями в женском лагере в поселке Абезь. И знать ничего не знала о том, что умер человек, которого она любила больше всех на свете.
Долгое время этого имени - Каролина Кодина-Любера - не было ни в одной биографии Прокофьева. Еще бы - не пристало одному из самых прославленных советских композиторов, шестикратному обладателю Сталинской премии, иметь жену-иностранку. А между тем именно с этой хрупкой испанкой, в которой бродило много «вражеской» крови - польской, французской и каталонской, - Сергей Прокофьев прожил долгих 20 счастливых лет. Но ее безжалостно вычеркнули сначала из жизни композитора, а потом - даже из воспоминаний о нем. Оставили место лишь для «образцовой» Миры Мендельсон: выпускницы литературного института, комсомолки, дочери «старого большевика» Абрама Мендельсона и - по слухам - племянницы Лазаря Кагановича.

Каролина росла в музыкальной семье: отец - испанец Хуан Кодина и мать - полька Ольга Немысская - были певцами. И потому следили за музыкальными событиями Нью-Йорка, куда они перебрались из Испании. А в 1918 году гвоздем музыкальной программы «Большого Яблока» был как раз Прокофьев. Он выступал в знаменитом Карнеги-Холле. Манера его исполнения, собственные авторские вещи привели в восторг Ольгу Немысскую, и та буквально заставила свою дочь - начинающую певицу - познакомиться с Прокофьевым после концерта.

Лина не слишком хотела идти за кулисы: да, ей понравилась его музыка, но сам долговязый 27-летний русский не слишком заинтересовал ее. Лине едва минул 21 год, но она прекрасно знала себе цену: ей, как две капли воды похожей на звезду немого кино Терезу Брукс, мужчины, проходящие мимо, подолгу смотрели вслед. Она знала пять языков, прекрасно пела.
Понятно, почему ей не хотелось являться к Прокофьеву в качестве одной из восторженных поклонниц. Но ей пришлось капитулировать под материнским натиском. Лина хотела остаться незамеченной в толпе других барышень, замерла на пороге. Однако Прокофьев сразу выделил темноволосую девушку и пригласил войти. С этого все и началось. Как он потом написал в своем дневнике, Лина «поразила меня живостью и блеском своих черных глаз и какой-то юной трепетностью. Одним словом, она представляла собой тот тип средиземноморской красоты, которая всегда меня привлекала».
Очень скоро они уже дня не проводили друг без друга. Специально для своей Пташки - как Прокофьев прозвал Лину - он написал цикл из пяти песен. Потом были другие произведения. И они концертировали вместе - русский пианист и композитор Прокофьев и испанская меццо-сопрано Любера (в качестве творческого псевдонима она взяла фамилию бабушки по материнской линии).

Между турне Каролина играючи выучила русский язык. И также между гастролями они умудрились обвенчаться - 20 сентября 1923 года в баварском городке Этталь. В феврале 1924-го в их семье появился маленький Святослав. А спустя 4 года - второй сын - Олег. Хрупкую Пташку по-прежнему провожали взглядами мужчины. С годами она лишь похорошела, приобрела лоск. За образец элегантности ее держали в музыкальных кругах Парижа и Лондона, Нью-Йорка и Милана. Бальмонт посвящал ей стихи, Пикассо, Дягилев и Матисс высоко ценили ее стиль, Стравинский и Рахманинов, несмотря на музыкальное соперничество с Прокофьевым, отдавали должное ее голосу и, главное, - таланту совмещать три должности разом: певицы, светской дамы и композиторской жены. В качестве последней она не только заботилась о быте Прокофьева, но и занималась организацией гастролей и связанных с ними частых переездов, вела переговоры, переводила: Она успевала все играючи, элегантно и красиво. По воспоминаниям сыновей Прокофьева, «мамино слово было решающим».

Когда композитор надумал после затянувшихся на долгие 18 лет гастролей вернуться в СССР, именно Пташка поставила точку во всех этих сомнениях и метаниях. На Родине Прокофьеву обещали дать возможность писать музыку. На Западе же он, как и Рахманинов, и Стравинский, вынужден был откладывать сочинительство ради исполнительской деятельности: только так он мог зарабатывать. Лина, обожавшая мужа, прекрасно понимала: творчество для него - на первом месте. Значит, надо переезжать.

В 1936 году семья Прокофьева вернулась в СССР. Дети пошли в англо-американскую школу. Лина заблистала на приемах в многочисленных посольствах - она всегда была в центре внимания. А Прокофьеву действительно позволили творить. Правда, недолго: очень скоро ему объяснили, в чем состоит задача советского композитора. И вот чуть ли не параллельно с «Ромео и Джульеттой» он пишет «Ленинскую кантату», сочиняет оперу об украинском колхозе – «Семен Котко». И видит, как редеет круг его друзей – тот арестован, этот пропал без вести, этот расстрелян, объявлен шпионом и т. д. и т. п. Видит все это и Лина. Но даже не думает меняться: почему она должна перестать общаться со своими иностранными друзьями, посещать посольства, писать матери во Францию? Что это за глупости?

В 1938-м Прокофьев уехал в Кисловодск - отдыхать. И едва ли не в первом письме отчитался: «Здесь за мной увивается очаровательная иудейка, но ты не подумай ничего плохого.» Лина и не подумала. А зря. Прокофьев не устоял перед преследованиями Миры Мендельсон. Их курортный роман перерос в роман постоянный. И в 1941 году композитор ушел из семьи. Возможно, урони Пташка хоть одну слезу, он бы остановился: Но та «держала марку». Она не любила жаловаться. И терпеть не могла нытиков. Глядя на Лину, никто и подумать не мог, какие демоны разрывают ее душу. Потому что с уходом Прокофьева она не смирилась ни на секунду, и ни на секунду не перестала его любить.

Любила композитора и Мира - правильная девушка из правильной семьи. Долгое время Лина была уверена, что их разрыв - лишь временный. Не устраивала скандалов, не обременяла просьбами. Но через несколько лет
Прокофьев заговорил о разводе. Тут уж она встала на дыбы. Чего здесь было больше - любви, уязвленной гордости или простого опасения за участь свою и детей? Она въезжала в СССР женой советского композитора. А кем она будет после развода с ним? Иностранной шпионкой? Врагом народа? В конце концов, умные люди объяснили Прокофьеву: брак с испанкой, зарегистрированный в Баварии, в СССР - недействителен. Так что он спокойно может жениться. Что композитор и сделал 15 января 1948 года. Через месяц после этой свадьбы Лину Кодину арестовали как иностранную
шпионку и приговорили к 20 годам лагерей.

Там она узнала о смерти своего мужа - случайно: одна из таких же заключенных услышала по радио, что звучит концерт, посвященный памяти Прокофьева. Сказала Лине. И тогда эта гордая женщина заплакала так, что охранники вынуждены были отпустить ее с работы в барак. Она горько оплакивала человека, который оставил ее одну с сыновьями в самый тяжелый момент, который бросил ее на произвол судьбы, и по вине которого она оказалась в лагерях. С Колымы Лина вернулась через три года после смерти Сталина и Прокофьева. И, по воспоминаниям современников, уже через два дня вновь являла собой образец элегантности. Заявила о своих правах на наследие композитора, тут-то и всплыло пикантное обстоятельство, получившее в юридической практике название «казус Прокофьева»: гений оставил после себя сразу двух вдов. Теперь, когда Сталина не стало, брак Прокофьева с Линой вновь стал законным. Лине и сыновьям досталось почти все имущество.

...Лина стремилась уехать на Запад. Она безрезультатно обращалась к Брежневу с просьбами дать ей возможность повидать престарелую мать. В 1971 году ее младший сын Олег получил разрешение выехать в Лондон на похороны своей жены-англичанки, скончавшейся в России от заражения вирусным гепатитом, и повидать свою дочь от этого брака. Олег остался жить и работать в Британии. В 1974 году на одно из писем Лины, адресованное тогдашнему председателю КГБ Юрию Андропову, с просьбой разрешить ей на месяц выехать в Великобританию, чтобы повидать сына и внучку, пришел ответ: через три месяца ей позвонили из ОВИРа и сообщили, что ей предоставлена трехмесячная виза для поездки в Великобританию. К этому времени ей было уже 77 лет. Она не вернулась. Но Лину нельзя было считать беженкой. Советские власти не хотели политического скандала, который возник бы, если бы вдова великого Прокофьева попросила политического убежища на Западе. Советское посольство в Лондоне без проблем продлевало ей визу. На Западе Лина Прокофьева делила время между Лондоном и Парижем, куда впоследствии перебрался ее старший сын с семьей. Много времени она проводила в США и Германии. В Лондоне в 1983 году она основала Фонд Сергея Прокофьева, куда передала свой обширный архив, включавший переписку с мужем. Ее без конца приглашали на прокофьевские юбилеи, фестивали, концерты. Свой последний, 91-й день рождения Лина Прокофьева отпраздновала 21 октября 1988 года в больнице в Бонне, куда прилетели ее сыновья. Она была смертельно больна, но пригубила шампанского. Ее переправили в Лондон, в клинику имени Уинстона Черчилля, где она скончалась 3 января 1989 года.

Записи с пением сопрано Лины Люберы не сохранились. Каролина Кодина-Любера прожила долгую жизнь. В 77 лет она начала жизнь сначала. Много путешествовала, растила внуков. Но главное - она занималась переизданием музыкального наследия Прокофьева, делала все, чтобы имя ее великого мужа не было забыто на Западе. И его действительно там знают, помнят и любят.

124

Автомат А. Лукашенко, с которым он «засветился» во время протестов после «выборов», стал музейным автоматом (простите, - экспонатом).

ПОД ДУЛОМ АВТОМАТА - 2

Осмелюсь предложить
Еще один формат…
Про Колю* – то забыли,
Забыли Колин автомат???

Коля – младший сын А. Лукашенко.

125

После экскурсии на свиноферму два городских мальчика, восхищенные увиденным, возвращаются домой. Старший говорит матери: Мама, мы на ферме видели свинью, которая намного толще и жирнее тебя! Мать в истерике, дает подзатыльник своему сыну и начинает горько плакать. Младший сын пытается успокоить ее, гладит по руке и говорит: Успокойся мама... Толще тебя нет ни одной свиньи на свете!

126

У школьника отец, достаточно знаменитый теолог и теософ. В доме всегда много интеллигенции, разных представителей всех видных направлений мирового духовенства.
А дети, как раз наоборот, воспитываются обычным способом. Мол как вырастут - сами решат свое будущее, а образование нужно!
И вот как-то младший ничего не натворив в школе, просит отца придти. Его вызывает учительница.
Точно ничего не натворил? Точно.
Ладно, пойдем, разберемся.
Классная встретила отца тепло. Поговорили о том, о сем, о успеваемости. Отец в людях разбирается, и понимает что нужно то словоблудие вытерпеть до конца, потому что классная не может просто так начать эту тему, ради которой и вызвала.
Но к концу монолога все-таки пришла к той самой теме:
- Скажите пожалуйста, у вас в семье все в порядке? Ребенок никаких таких вне РПЦшных сайтов не посещает?
Отец то и понял, собсно вот оно. И решил играть роль Несведущего до конца:
- Что-то произошло? Расскажите.
Она запеклась. Хлебнула кофе и решилась напродолжить:
- Понимаете, тут недавно... Я распечатала одного ребенка... Крепко... сама не знаю как сорвалась на крик... Но и вы меня поймите, условия труда, требования сверху, мизерная зарплата... Не удержалась. Сорвалась. И тут подходит ваш сын, и спокойным голосом говорит: "Суть гнева является кратковременное безумие. И все что говорит человек это бред, его слова не несут никакого смысла, и все к чему ведёт его поведение лишь смерть как разума так и тела. Кто хочет с таким общаться?" Притом ваш сын говорил это так тихо, так отстраненно, что я моментально успокоилась...
Сам же отец когда это рассказывал, смеялся, и говорил что учительница говорила это крайне тактично и тихим скромным голосом...

127

Вовочкин папа едет в Ленинград.
Дети, кто сочинит стихотворение со словом "Ленинград", тому я привезу то, что он в стихотворении попросит.
Папа едет в Ленинград, папа купит мармелад, говорит младший брат Вовочки.
Молодец, куплю тебе мармелад.
Вовочка:
Папа едет в Ленинград, папа купит мне мопед.
Не в рифму! кричит папа. Попробуй еще раз.
Папа едет в Ленинград,
Мамин хахаль будет рад.
Мамин хахаль наш сосед,
Папа купит мне мопед.

128

Намедни спорили с друзьями по вопросу кто может считаться лучшим учителем с точки зрения конечного результата. Я привер в пример пару своих стажеров - миллионеров, друзья показали крутые достижения своих студентов и школьников в рамках олимпиад и соревнований, подруга - свою воспитанницу- мастера спорта международного класса.
Но первое место занял младший сводный брат моего приятеля, причем оно было отдано ему безо всяких споров и единогласно. Его родные бабушка с дедом живут в поселке на границе московской области. Ездить к ним не близкий край, а внука они любят очень сильно. Так вот - наш гуру- учитель в свои 14,5 лет сумел научить двоих 70-ти летних пенсионеров ПРОКАЧИВАТЬ ГЕРОЕВ В ИГРАХ, причем не вместе, а КАЖДОГО САМОСТОЯТЕЛЬНО. В итоге раз в месяц- другой он приезжает, привозит столичных гостинцев, проводит у бабки с дедом выходные, и продает пару героев на форумах.

(навеяно историей https://www.anekdot.ru/id/1004537/ )

129

Младший (6 лет) решил покомандовать на кухне. Прихожу на шум и вижу чашку с чем-то белым и жидким.
- О, ты решил молочка попить? - спрашиваю.
- Да, - с мрачным выражением лица отвечает младший.
- А чего не пьешь?
- Потому что это кефир.

130

Дочь моей чикагской знакомой Марины, по имени Жанна, в полном соответствии с именем с детства мечтала о двух вещах: стать стюардессой и жить во Франции, и обе мечты осуществила. Выучила французский, окончила школу стюардесс и на высоте 10 тысяч метров встретила инженера из Тулузы.

Муж, вдохновившись ее примером, решил тоже воплотить детскую мечту о небе. Летал по выходным в аэроклубе, потом уже лет под 40 сдал экзамен на гражданского летчика. Сейчас пилот Эйр Франс, всё путем, но поначалу в таком возрасте и без опыта его никуда не брали. Нашлось только место второго пилота на каком-то бизнес-джете в Вильнюсе. Так они на несколько лет оказались в Литве, без знакомых и знания литовского. С местными общались по-английски, иногда шел в ход Жаннин русский. Сняли дом на хуторе и параллельно с накоплением летных часов взялись за продолжение рода. Да так, что когда должен был родиться младший, старшей дочке едва исполнился год. Нянек-мамок не было, справлялись сами. Дальше рассказываю от лица Марины, то есть Жанниной мамы.

«Вечером, я еще с работы не ушла, звонит Жанка:
– Mама, кажется, у меня схватки!

По графику до родов неделя, зять улетел в последний рейс перед отпуском, дожен прилететь утром. Моя красавица к его возвращению убрала дом, сварила борщ (он, даром что француз, борщ уважает) и, видно, перетрудилась и спровоцировала роды. Я говорю срочно звонить врачу, у них был договор с частной клиникой. Она:
– А куда я малую дену? Она только что заснула. Потерплю как-нибудь до утра.
– Нет, – говорю, – родная, это так не работает. Срать да родить нельзя погодить. Ищи кого-нибудь, кто с ней посидит. Подруг, соседей.
– Я соседей мало кого знаю, они тут все за заборами. И подруг нет, а какие есть, наверняка спят, у нас полвторого ночи. Ну ладно, попробую.

И отключилась. Я сижу как на иголках. Через полчаса опять звонит:
– Врач приезжать отказался. Может, лень ему, а может, правда не успевает. Я сейчас в такси, еду в государственную больницу. Это быстрее, чем на скорой. Полинка там одна, я ни до кого не дозвонилась. Мам, зайди, пожалуйста, в монитор, посмотри за ней, пока Жак приедет. Успокой, если проснется.

У них стоит детский монитор. На стене в детской комнате камера, через нее можно следить за ребенком со смартфона и разговаривать. Когда я была у них, Жанна поставила мне на телефон программу и научила, как пользоваться. Я говорю:
– Ты что, а если она вылезет из кроватки и убьется? Что я из своего Чикаго сделаю?
– Не вылезет, я ее за ногу привязала.
– Ну совсем спятила, она же задушится этой веревкой. Жанна, что ты молчишь? Жанна!

А там только стоны в трубке. Видимо, схватки опять начались. Потом слышу, таксист говорит по-русски:
– Барышня, потерпите пять минут, сейчас приедем. Только не рожайте в машине, пожалуйста, я роды не умею принимать.

И тишина. Телефон отключился. Я зашла в монитор. Внучка спит, сопит в две дырочки, а мне неспокойно. И тут минут через 20 вижу, что в комнату входит какой-то мужик с бородой. Я его окликаю (шепотом, чтобы внучка не проснулась):
– Вы кто такой? Я сейчас полицию вызову!
А сама думаю: как же я буду литовскую полицию вызывать? На каком языке и по какому номеру? И понял ли он меня вообще?

Мужик вздрогнул и аж присел от неожиданности. Повертел головой, нашел источник звука и говорит в камеру, тоже шепотом:
– Я Миколас. То есть Николай. А вы, должно быть, Жанночкина мама?

Ничего себе, думаю, кто тут у Жанночки завелся. Староват вроде для нее, скорее моего возраста. Хотя в монитор толком не разглядишь. Говорю ему:
– Уходите, пожалуйста, поскорее. Жанны нет дома, и скоро вернется ее муж.

Он говорит:
– Да вы не так поняли. Я водитель, я сейчас Жанну отвозил в роддом. Она сумочку забыла в машине. Я сначала хотел только сумку вернуть, а потом подумал... Я же слышал ваш с ней разговор, понял, что тут маленькая девочка осталась одна без присмотра. Вот и решил, что послежу за ней, мне не трудно.
– А как вы в дом попали?
– Так в сумке же ключи.
– А адрес откуда узнали?
– Так я же ее забирал с этого адреса. Я честный человек, вы не думайте.
– Это хорошо, что вы честный человек. Другой бы на вашем месте схватил что подороже и убежал со всех ног.
– Далеко бы не убежал. У Жанны номер моей машины остался, она же такси вызывала через агрегатора.
– Хорошо, садитесь в кресло там у стены. Спасибо вам.

Сидим минут 15, молчим. Вдруг он встрепенулся:
– Гражданочка... простите, как вас зовут?
– Марина.
– Марина, можно я пойду какую-нибудь книжку возьму почитаю? А то телефон садится, а я чувствую, что сейчас засну. Я же с утра за рулем.
– Пожалуйста, но, боюсь, у них нет книг на русском и литовском. Только английский и французский. Чтобы вам не заснуть, давайте лучше разговаривать.

И стали мы разговаривать. Я ему рассказала про Жанну и всю ее судьбу. И про себя немного. И он про себя расказал. Интересный человек оказался. Инженер, кончил вуз в Ленинграде. Вдовец, как и я. Жена была литовка, поэтому они не уехали. Сейчас остался в Вильнюсе один: сын музыкант, играет в симфоническом оркестре где-то в Европе. Часа два проговорили. Тут мне приходит СМС от Жанны: «3200/51». Родила, значит. Я Николаю велела сходить на кухню, найти какое-нибудь спиртное и выпить за новорожденного.

Он пришел с рюмкой и полез со мной чокаться. Точнее, с камерой монитора. Хотя у меня никакого спиртного не было, я же с работы так и не ушла, дома вай-фай ни к черту. Развеселились мы, и разбудили маленькую. Она захныкала. Смотрю, Николай берет ее из кроватки, поменял памперс, дал воды из бутылочки. Уверенно, как будто всю жизнь няней работал. Полинка у нас девочка осторожная, а тогда чужих людей еще мало видела, боялась их. Но к нему потянулась. Он сел в кресло, положил ее на себя, она снова заснула. Я тоже задремала, мне наконец стало спокойно, дочка в порядке и внучка в надежных руках.

Просыпаюсь от криков из телефона:
– Марина, Марина! Да объясните же ему наконец!
Смотрю в монитор, а там зять гоняет Николая по всей комнате, тот от него уворачивается, внучка плачет в кроватке. Ну ясно, зять приехал домой, а у входа такси, дверь нараспашку, в кресле спит незнакомый мужик с его дочерью на руках. Бог весть что он подумал. Они еще и объясниться не могли, зять по-литовски еле-еле, по-русски совсем никак, у Николая английский не лучше.

Я Жаку из монитора всё объяснила. Он успокоился, сенькью-сенькью, хотел Николаю денег дать. Тот не взял, застеснялся и ушел. Но совсем не пропал, дочка нашла его по номеру машины и уговорила приехать посмотреть на крестника. Потом стала просить посидеть с детьми, раз уж Полинка его не боится. Так удачно, у моих внуков оба родных деда умерли, и вдруг такой дедушка появился. И ему хорошо, у него тоже своих внуков нет, сын всё по гастролям, семьей не обзавелся.

Когда я приехала в Литву навестить детей, он меня позвал на свидание. И в этом деле тоже оказался хорош. Нет, замуж я бы за него не пошла, это чересчур. Но встречались в каждый мой приезд, пока дети во Францию не уехали.»

131

ПРИКОЛ !!!!Читаю дочке сказку: Было у отца три сына: старший умный был детина, средний сын и так и сяк, младший вовсе был дурак
Мам, а у них отец болел что ли?
С чего ты взяла?
А что у него с каждым разом все хуже и хуже получалось?

132

Решили как-то раз богатыри русские силой мужеской померяться. Алеша Попович, младший братец названный и говорит: "Мне молодцу удалому первому свою силушку показывать". Набрали воды ключевой в пудовую дубовую бадью, привесили к естеству мужескому Алешиному. Тот о Василисе Прекрасной подумал - и поднял бадью. Сделал 5 шагов и ослаб. Засмеялись тут братья старшие: "Где тебе, малому, с нами тягаться!" Вышел вперед средний братец - Добрыня Никитич, привязал бадью, подумал о Забаве Путятичне, поднял бадью... 50 шагов прошел! А Илья Муромец со смеху с коня упал: "Да разве ж это сила мужеская! Так, баловство одно!" Взял Илюша вторую бадью, повесил их обе на коромысло, подумал о Родине, поднял и пошагал...

133

В продуктовом магазине стоял автомат с мягкими игрушками. Младший захотел сыграть - безрезультатно, конечно. Расстроился.
Дома предложил ему альтернативу: поподнимать пальцами свежие арбузные семечки с пола, чтобы он понял как это работает.

134

Дочь спрашивает у мамы: - Мам, а тебе что больше нравится - собачки или бабочки? - Люся, никаких татуировок! - Мам, ну пожалуйста! Я сделаю на самом незаметном месте! Тут младший брат Вовочка медленно поворачивает голову и спрашивает у сестры: - На мозгах, что ли?

135

Дело было беково,-
трахать было некого.
Мишка в шахматы играл,
Сашка самогонка гнал.
Ну,а Рафик и Антошка
к пиву жарили картошку.
Вдруг случается эксцесс:
сразу несколько принцесс
из отряда стюардесс
появляется в общаге.
Мужики,готовьте шпаги...
Младший,значит, ты Антошка,-
выгребай с копилки трёшку,-
дуй за пивом.На пути
тортик,что ли, прихвати.
.........................
Вновь Антон:"Нашёл близняшек,
чтоб тащили с пивом ящик.
.........................
Танцы-шманцы-обниманцы.
Светят звёзды жирным глянцем
Поломалася кровать,-
некогда чинить опять.
Завтра утром на работу...
Неохота,неохота!!

136

Сыновья (5 лет и 3 года) принялись делить родственников.
- Мама моя!
- Папа мой!
- Сестра моя!
- А тётя моя!
Потом в ход пошла креативность.
Старший: - А у меня бабушек больше(на самом деле одинаково)!
Младший: - А у меня... У меня бабушка крупнее!

137

ПРИКОЛ !!!!Читаю дочке сказку: Было у отца три сына: старший умный был детина, средний сын и так и сяк, младший вовсе был дурак Мам, а у них отец болел что ли? С чего ты взяла? А что у него с каждым разом все хуже и хуже получалось?

138

Две судьбы, часть первая (из рассказов фронтовиков)

К особистам и политработникам на фронте отношение было разным. Первых боялись и часто недолюбливали, со вторыми же было сложнее, тут все завесило от человека. Младший политический комсостав нередко проявлял личный героизм на передовой, поднимая солдат в атаку, чему есть множество свидетельств.

Первый случай, рассказанный мне, произошел в 1944 году. Батальонный комиссар, майор, прибывший из тыла и старавшийся во время атаки отсиживаться в штабе полка или в блиндаже при наличии оного, по пьяному делу был поднят на смех офицерами-сослуживцами, большинство из которых в 1942-1943, будучи в меньших званиях, лично участвовали в атаках. Через 3 дня, во время очередной атаки, помощник командира полка в бинокль увидел, как он вместе с солдатами побежал в атаку, держа в руках автомат. Вернуть его было уже невозможно, немцы начали контратаку и комиссар погиб в рукопашном бою на глазах у всего штаба. Посмертно наградили и похоронили как героя.

139

Просто зарисовка. Без всякой морали.
Был у меня на обслуживании один клиент. Фирма не фирма. 3 брата и зять бассейнами занимались. Сами на все руки мастера, особо никого не пускали. Жены опять тут же. Сестра бухгалтерией занималась. Остальные облицовкой чаш. Вообщем все при деле.
Командовал всем младший брат. Человек, что называется, при деле. Верченый с хорошим техническим образованием. А остальные как-то сразу или не сразу его лидерство признали. И за полгода ни разу возражений или препирательств не слышал. Хотя гонял он их... Наемных работников никто так не посмеет ругать и все переделывать.

2-ого января звонит их сестра и просит приехать. Причем тон такой извиняющийся...
Приехал.
Монитор на полу. Разбитый. Клавиатура (тогда еще внутри металлическая пластина была) пополам сложена, причем не под прямым углом, а как будто об чью-то голову её погнули. Факс... внутри декоративной решетки для батареи торчит. Причем метрах в 5-6 от того места, где обычно стоит. Мышь так и не нашел. Но зато системный блок аккуратно под прилавок засунут.

На мой немой вопрос сестра объясняет:
- Да... Позавчера опять малого гоняли...
Пауза.
- Он уже лет десять 31 декабря всегда пизды получает...

Но самое смешное, что когда на следующий день привез оборудование на замену. Младший брат пусть и с фингалом и прихрамывая опять всеми командует и все идут и делают.
Молодцы.

140

Бабушка читает внучке сказку: "Было у отца три сына: старший - умный был детина, средний сын - и так, и сяк, младший - вовсе был дурак... "
- Бабуля, а что у них отец, болел что-ли?
- С чего ты это взяла?
- А что у него с каждым разом, все хуже и хуже получалось?

141

Смерти вопреки

"Командир танка «М-4 А2» 58-й гвардейской танковой бригады (8-й гвардейский танковый корпус, 2-я гвардейская танковая армия, 1-й Белорусский фронт) гвардии младший лейтенант Алексей Афанасьев отличился в боях за город Люблин (Польша).
23 июля 1944 года его танк первым ворвался в центр города, огнём и гусеницами уничтожил большое количество боевой техники и живой силы врага, рассеял колонну противника, потом захватил мост и удерживал его до подхода основных сил. В конце боя гвардии младшего лейтенанта Афанасьева выбросило из горящего танка взрывной волной. Обожжённого и контуженного, его подобрали местные жители."
***** ***** *****

Штурм Люблина к середине дня 23 июля 1944 года был в полном разгаре когда танк Алексея Афанасьева появился в центре города, что для обороняющихся немцев стало неприятной неожиданностью. Танк на полном ходу двигался и маневрировал стреляя из пушки, броня гудела от лязга немецких пуль и осколков гранат. Несколько раз танк тряхнуло от попаданий снарядов в его лобовую броню, перед глазами командира и экипажа проносились огненные хвосты от летящих фаустпатронов.
Удар снаряда сбоку перебил гусеницу и заставил танк остановиться, но не смотря на это экипаж продолжал сражаться – стреляло орудие и пулемёты. От второго попадания в танке вспыхнул огонь, и командир отдал приказ покинуть броню.

Поляки жители ближних домов стали очевидцами смертельного боя, который проходил на их глазах посреди главной площади города и видели как танк, который первым ворвался в центр города Люблин, был подбит и загорелся. Из него смогли выбраться двое. Из командирского люка на землю спрыгнул младший лейтенант, из другого люка выбрался раненный танкист–водитель.
Окружившие танк враги поползли к ним, ведя огонь из автоматов и желая захватить в плен. Из окна дома по танкистам бил пулемёт. Танкисты бросили в сторону наступавших врагов по нескольку гранат и отстреливались из автоматов. Плотный огонь автоматных очередей и пулемёт не давали им возможности отбежать. В горящий танк попал ещё снаряд из пушки, которую немецкие артиллеристы выкатили из подворотни старинного дома. Теперь они били по краснозвёздной машине прямой наводкой. Следующий снаряд пробив боковую броню танка, попал в укладку боевых снарядов.
Взрыв был такой силы, что башню танка отбросило на двадцать метров. Когда красноармейцы выбили немцев из центра и бой передвинулся к окраине, жители подошли к танкистам.
Механик-водитель был убит взрывом, а офицер... ещё подавал признаки жизни. Его сильно обожжённого и контуженного взрывом, польские жители передали медикам советского полевого госпиталя.

Представляя командира танка А. Афанасьева к высшей награде Родины, командование и боевые товарищи считали его погибшим.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 августа 1944 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом мужество и героизм гвардии младшему лейтенанту Афанасьеву Алексею Николаевичу посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.

Когда через несколько дней Алексей очнулся в госпитале, то первое что он произнёс: «Где я?».
Потом он начал понемногу осознавать окружающее:
– Мы город взяли?
– Взяли, взяли, – успокоил его военврач, – выздоравливай, герой.
– Кто герой? Героев хоронят с почестями, а я живой пока.
– Ты хоть помнишь как тебя зовут, кто ты и что было до того как сознание потерял?
– Помню, – обожжёнными губами прошептал танкист, – я младший лейтенант Афанасьев. Я командир танка.
– Молодец. По документам так и есть. Значит, в строй мы тебя вернём. Здоровье и характер у тебя железные, да и звёзды, видно, так сошлись, что ты жив остался.

Командир героического танка Алексей Николаевич Афанасьев смерти вопреки остался жив. Лечение в госпитале было долгим, но довелось ему, командовать танковым взводом и штурмовать Берлин.
Знамя бригады с прикреплённым к нему орденом нёс по Красной площади на параде Победы 24 июля 1945 года герой Советского Союза гвардии старший лейтенант Афанасьев.

142

С чего начать не знаю, но уже прошло много лет и эта история давно созрела для повествования.
Эта история больше о жизни, и чуточку о чувстве прекрасного.

Часть 1. Мишкино детство.

Жил-был мальчик Миша.
Мишкино детство пришлось на безоблачные 80-ые годы в славном солнечном и зеленом советском городе Киеве.
Почти типичная киевская семья того времени: мама - простой бухгалтер, папа - учитель.
Когда Миша только пошел в школу, жизнь внесла свои коррективы, и маму отец оставил,
Мишку школьника с младшим братиком маме дальше пришлось поднимать в одиночку.
Это еще то время когда кружки и секции были для всех желающих бесплатно, вернее за счет государства.
И еще не было никакого намека на разделение на крутообеспеченных и малоимущих.
Но и в те времена одинокой женщине поднять двух малышей была не самая легкая задача.
Мама старалась изо всех сил. Жили они достаточно скромно без излишеств, вкусняшки в доме были только по большим праздникам.
Но время шло, Мишка рос, учился хорошо, точные науки давались ему легко,
посещал шахматный кружок, и ходил на футбол.
К своему взрослению шахматы забросил, футболистом тоже не стал, так уж сложилось.
В начале девяностых Миша заканчивает школу и поступает в местный Политех, и со временем становится программистом, хорошим программистом.

Часть 2. Мишкин дом.
Хочу напомнить что конец 90-ых, начало 2000-ых - это как раз те годы, когда начался отток наших талантов в западные компании.
Миша был талантлив и нашего Мишу нашли, попал в нужное время в нужное место, стал Миша работать на одну из очень крупных ИТ-компаний,
по рабочим вопросам стал Миша кататься по миру. Как специалист в своем деле Миша состоялся, и его ценили.

Первым делом, Миша купил маме красивую машину, на второе место Мишка задумал построить красивый двух-этажный дом,
чтобы с гаражом для маминой машины и обязательно с газоном и бассейном возле дома.
Задумал и дело пошло, через пару лет в селе под Киевом появился дом мечты,
все как задумывал сложилось, и гараж, и газон, и бассейн.

Часть 3. Мишкины тучи.
Наш мир устроен так что если мы получаем в одном месте, то где-то в другом что-то отнимает.
В этом доме эта семья прожила меньше года. В одном из ДТП погибают мама и младший брат.
После этой трагедии Миша возвращается жить в родную двушку на Шулявку, и в доме своей мечты больше не живет ни дня.
А спустя еще некоторое время он его продает какому-то чиновнику и перебирается на ПМЖ в Силиконовую Долину.
Дальше Миша в Киеве не появлялся 12 лет.

В один из летних дней раздался звонок моей мобилки с неизвестного номера,
это был Миша и он был в Киеве,
встреча для старых друзей была назначена на завтра 11-00.
Собрались, общались, ели, пили премиальный алкоголь, и снова пили уже все что попало, все по-нашему.
В какой-то момент Миша сказал что хочет посмотреть на свой дом, хотя бы краем глаза. Задумано сделано.

Вызвали такси. Таксист посмотрев что все пьяные потребовал сразу оплату и туда, и обратно.
Кто-то откололся, но двое самых стойких едут с Мишкой за компанию за город.
Подъехали к дому в хорошем настроении, все были на позитиве.
Все было как и раньше, вот только туи которые Миша сам садил возле кирпичного забора выросли.
Мы вышли, постояв несколько минут Миша решил нажать на звонок,
в этот момент он вел себя уверенно как человек который построил этот дом.
За забором послышались какие-то движения, но никто не отзывался.
Позвонили второй раз, третий, четвертый и пятый раз.
Наконец-то калитка открылась, напротив нас стояла сельского вида бабка и не знала как реагировать на троих пьяных мужиков.
Мы шагнули во двор, бабка отступила к дому.
Вблизи калитки лаял Шарик на цепи.
От газона не было и намека, рос одуванчик и куры гуляли, в том что раньше было бассейном плавали утки,
справа от бассейна стоял деревянный курятник...
Немая сцена минут на 3...
Тишину нарушила бабка - забирайтесь алкаши, а то буду звонить в милицию.
Миша молча поворачивается и выходит, мы за ним, калитка захлопывается.
За ней слышатся еще какие-то проклятия. За эти 3 минуты Миша протрезвел. Таксист сбежал.
Садимся на бордюр возле туй.
Миша плачет.

143

Коллеге 40 с небольшим, 2 взрослых сына. Надоело ей постоянно с ними воевать из-за немытой посуды и незаправленных кроватей. По всей квартире развесила яркие плакаты: "Помой посуду!", "Пропылесось!", "Вынеси мусор!". Проходит день, два, три - все по-прежнему. А потом младший так осторожно спрашивает: "Мам, а ты зачем напоминалки развесила? Стала всё забывать, да?"

144

Был как-то мой друг женат на девушке. А у нее был братец младший – отпетый дегенерат по имени Коля. У него друг был еще – Валера. Они когда в варкрафт играли Валера играл под ником «Лорд Валера». А Коля играл под ником – «Властелин». От так-то оно. Властелина и одного-то терпеть было нельзя, а когда они с Лордом вдвоем были, сердцу стороннего наблюдателя постоянно становилось больно от осознания того, что героев Родина уже не дождется, а обратно запихивать недорослей уже поздно.

Так вот. Надо заметить, что я-то в то время работал в уголовном розыске. Ну как работал – практику проходил. Но опера, к которым меня прикрепили для расширения кругозора, быстро направили мою энергию в нужное русло и по факту я работал, только не официально, бесплатно и без пистолета. И бить людей мне тоже не доверяли. Говорили - молодой еще, можешь ожесточиться прежде времени.

К чему я веду-то. У меня всегда с собой была куча повесток, протоколов и прочих бумаг официального характера, которые я решительно использовал в ходе практики. Еще у меня была папка из кожзаменителя, в которой я все это таскал. Этой папкой я очень гордился, так как считал, что человек с папкой выглядит гораздо более внушительно, чем человек без папки.

И вот как-то я восседал на друговой кухне и поедал котлеты, изготовленные его женой. Папка лежала на столе, а друг сидел рядом и пил чай. В тот момент, когда я выпал из беседы сосредоточенно пережевывая очередную котлетку, он задумчиво спросил по сердцу ли мне стряпня евоной жены и доволен ли я радушным приемом и угощением.

Я в ответ энергично покивал головой и закатил глаза, что выражало высшую степень согласия по всем пунктам. Не откладывая дело в долгий ящик, друг незамедлительно мне предложил в знак благодарности за обед и ради удали молодецкой подарить ему пару бланков повесток для веселого розыгрыша который, безусловно, внесет яркость, и разнообразие в скучную и не веселую жизнь Коли Властелина и Валеры Лорда.

Я внутренне содрогнулся от смеха, но котлеты обязывали и бланки я ему оставил, а сам уехал то-ли в морг то-ли в психушку по уголовнорозысковым делам.

Эффект от шутки превзошел все ожидания.

Папа Коли был бизнесменом, и с семьей не жил, но детей любил, хотя держал в строгости. Колю он любил в частности, и за окончание второго курса без троек сулил отпрыску права и ключи от джипа. За Колиными успехами Папа следил, регулярно проверял его явку в институт, и когда Коли в институте не оказывалось, приезжал и охаживал сынулю ремнем по богатырским ягодицам.

Так вот. Что конкретно намалевал в порыве вдохновения майн либер фройнд в повестках на имя Коли и Валеры я не знаю, но Валера с совершенно не лордским достоинством рыдал и валил на Колю все, чем они занимались в свободное от варкрафта время - от поджога кнопок в лифте, до осквернения памятной стеллы городам – побратимам.

А Коля, в свою очередь, даже не успел как приличный пацан взять все на себя, так как примчавшийся спешно Папа даже не стал браться за ремень, а взялся за гитару. Гм. Знаете – как цыган со словами – «а за меня все скажет гитара». Да. Папа взялся за гитару и нанес Коле несколько воспитательных ударов по хребту, в результате чего благородный инструмент пришел в полную негодность, чего, кстати, нельзя сказать о Колином хребте. После чего, Папа задумчиво отбыл восвояси, а Коля остался и без машины и без гитары.

Когда выяснилось, что повестки были розыгрышем неизвестных лиц, все успокоились, а Коле обещали купить новую гитару, еще лучше прежней.

Надо заметить, что Коля и Валера на поджогах кнопок не остановились. На пятом курсе института их посадили за серию разбойных нападений. Раз в месяц, в день получения пенсий они грабили бабулек. Погорели на шестом или седьмом эпизоде, когда отняли деньги у бывшей учительницы из их школы, которая их и опознала.

От такие дела.

145

xxx:
Вечерние развлечения родителей. Ищем похожий звук, на тот что издавал младший ребёнок, когда старший отправлял его доедать яичницу. Муж утверждал, что это крики капибары. В итоге сошлись, что крики павиана больше всего похожи.

146

ПРО ЛЮБОВЬ И СТРАСТЬ. И ПРО ВОСЬМОЕ МАРТА.

Про страсть.

Младший брат Володи, моего старого знакомого, Саша, был помешан на машинах. Он одним из первых в городе добыл девятку. И одним из первых стал обладателем иномарки. Конечно, подержаной. Тогда других не было. Поэтому в яме под ней он проводил почти всё свободное время.

Про любовь.

Так случилось, что в это же время у него появилась новая девушка. Таня. И прежние его пассии были из "модельного ряда", но Таня была из "высшей лиги". Может поэтому отношения как-то завязли в платонической фазе ухаживаний, гуляний, поездок на пляж, и безуспешных робких попыток на что-то большее.

Любовь и страсть.

В апреле, за два дня до дня рождения Саши, Таня в лёгком летнем платице пришла в гараж и, встав у капота Опеля, позвала Сашу. Тот вынырнул из ямы буквально ей под ноги, щурясь не то на солнце, не то на открывшийся вид.
Ничуть не смутившись, и не меняя позы, Таня сказала:
- Саш, чего бы ты больше всего хотел на день рождения?
Ещё раз коротко взглянув вверх, Сашок вытер тряпкой вымазаные маслом руки, выбрался из ямы, задумался и изрёк:
- Резину бы мне новую на передок. Тут передние ведущие, а резина уже совсем лысая.
Вы не поверите, но после этого она всё-таки вышла за него замуж!

А каким тут боком Восьмое марта?

Да очень просто. Вчера разговаривал по скайпу с Володькой, и тот поведал, что Таня попросила у Сашки на Восьмое и авансом на приближающуюся серебряную свадьбу в качестве подарка какие-то новые супер-пупер титановые колёса на её Мерседес SLK.
Может любовь и проходяща, но страсть вечна и заразна!

147

Было у тещи три зятя. И решила она однажды проверить, как они ее уважают и любят. Идет со старшем зятем на прогулку. Подходят к пруду. Она идет искупаться и начинает тонуть. Он прыгает в воду и спасает ее. На следующий день он просыпается и видит около своего дома машину "Волга" с запиской: "Любимому зятю от тещи". Идет со средним. Та же история. Она тонет, он спасает. На следующий день средний зять просыпается и видит около своего дома машину "Жигули" с запиской "Любимому зятю от тещи". Идет с младшим. Начинает тонуть, а он думает: "Раз старшему досталась "Волга", среднему "Жигули", то мне получается "Запорожец" чтоли? Нет уж спасать я ее не буду". Уходит и теща утонула. На следущий день младший зять просыпается и видит около своего дома машину "Мерседес" с запиской "Любимому зятю от тестя".

148

13 января. Старый Новый Год. Вечерело... Заехали домой минут на десять, пакеты занести с продуктами, торопимся, еще дела есть. Вот люди фейерверк запускают. Красиво! Так хотели вдвоем посидеть, но надо ехать. Вышли из подъезда. Рядом с нашей машиной человек десять, разного пола и возраста, явно нетрезвые.
Муж сигнализацией пикнул, массы двинулись к нам.
Перевожу весь их бред кратко
- Господин хоррроший, епт.. можно вас попросить, плиззз.. Наша благородная компания изволила провожать гостей. Младший деби... достойной отпрыск, вот который сопли размазывает по лицу, нес домашнего котика подышать свежим воздухом праздника.. Кот имеет родословную, которая превосходит родословную всех здесь вместе взятых господ. Но это епт.. неважно. Котик безумно любимый! Мы запускали фейерверк. Он выпрыгнул из заботливых, но кривых рук и спрятался под вашу епт…. замечательную машину. Любезно вас, господа, просим в нее садиться
- Да мы, собственно, туда и направляемся
Из массы раздался голос главнокомандующего
- Полная готовность! Все епт.. вокруг машины встаем! А ВАМ смотреть на меня - рукой махну!
Мы уже с интересом
- А зачем?
- Епт…. Я рукой махну, вы машину заведете, кот испугается, выскочит и мы его поймаем! Нууу, господа, епт.. соображать же надо
- Гениально! Сорри, мы медленно к вечеру соображаем) Господа, окружайте нас)
Муж дверь осторожно открыл, садится, я тоже.
И… вот он взмах руки! Давай! Ух, поймали!
- Да это не наш!!! Это соседский кот((
- Ну, уважаемые, какой был. Но нам срочно ехать надо
- Спасибо вам, господа хорошие
Минут двадцать едем, грустно….
- Кота жалко, вдруг не найдут? Потеряется
Документы с передней панели на заднее сиденье перекладываю
- Дорогой, а кто у нас тут такой хорошенький сидит?!
Напуганный кот, скорее всего, к нам в машину запрыгнул, когда мы пакеты выгружали, а компания фейерверк запускала
- Вот что теперь делать?
- Как что?? Домой! В семью!
Господа печально бродили по двору и получали люлей от хозяйки котика.
Любимца нежно вернули. Еле вырвались из благородных соплей и объятий.
Посидели в машине минут пять... Семья это же главное!
Муж нашел петарды, оставшиеся в машине с Нового Года. Бабахнули! И рванули домой. Открыли бутылку шампанского, да не одну)
Вот такой Старый Новый Кот, ой епт... Год! Соррри, господа!

149

Мама читает дочке сказку. - И было у отца три сына: Старший умный был детина, средний сын и так и сяк, младший вовсе был дурак. Дочка и спрашивает. - Мам, а что у них отец больной что ли? Нет конечно, с чего ты это взяла? - А почему тогда у него постоянно все хуже и хуже получается?

150

На речной пароход, где помощником служил старый речник Мишка Зотов, загрузили как-то маленькую часть военных железнодорожников. В пределах взвода, но с инструментами, машинами и материалами. По секретно-железнодорожной надобности, куда-то доплыть и узкоколейную временную ветку туда же протянуть. То ли от реки к лесу дрова возить, то ли из леса к реке песок оттаскивать. А может все это сразу, чтоб порожняк не гонять.

Командовал войском влюбленный в свое дело младший лейтенант Ваня с задорным характером и таким же чубчиком из-под пилотки. Ваня до этого по реке на пароходах не хаживал, а если и плавал на чем – так не круче лодочки в пруду городского парка культуры и отдыха.

Разместили груз, людей устроили и отошли. А может и отчалили, я не специалист, вы у какого-нибудь морского волка спросите, как правильно концы отдать, волков теперь этих великое множество, на каждом диване по три штуки в ряду. Отчалив, закусились Мишка с Ванькой. У кого дисциплина лучше. На речном флоте, или на железнодорожных перевозках.

- У нас на железной дороге, - говорил Ванька, наливая в стакан из ведерной бутыли самогона, - график превыше всего. От графика ни вправо, ни влево не отойдешь, назад семафор красный – только вперед в светлое будущее минута в минуту. А у вас? Греби куда хочешь. Рули как придется.

- А почему тогда поезда опаздывают? – интересовался Зотов, занюхивая корочкой ржаного, - опаздывать ведь не по графику?

- По нашему графику опаздывать нельзя. Это гражданские поезда опаздывают, а у нас военных железнодорожников график – первое дело. Если что расстрел на месте, - Ванька вытащил пакет из внутреннего кармана офицерской гимнастерки и достал из него бумагу, - вот видишь график? Завтра ровно в полдень мы высаживаемся и начинаем строить. Чтоб к 16:00 уже лагерь разбить и начать отсыпку пути. Ровно через трое суток привезут паровоз и платформы, чтоб лес гнать и песок. Все по графику, график превыше всего.

- Вот так прям в полдень высадиться? – удивлялся Мишка, наполняя стаканы, - а что если?...
- Не бывает у нас если, - Ванька ловко откусил половину луковицы, - я приказ до всех своих воинов довел, с сержантским составом тонкости отработал. Ровно в полдень, что бы не случилось. У нас у железнодорожников всегда так, это вы речники то на мель сядете, то за буйки заплывете.

За разговором они не заметили как заснули. Первым проснулся Мишка, на которого светило полуденное солнце. Он посмотрел по сторонам, потянулся и глянул на часы:

- Ванька! Ванька, твою налево! Беги быстрей, предупреди своих, мы кажись на мель сели, как бы они по графику строить не начали! Нахера мне на пароходе железнодорожный лагерь?

12345678910 дальше →

Партнеры

Реклама